Книга Соленый раф для влюбленных, страница 107 – Виктория Арана

Он жутко мешался, но Рита считала, что именно такое положение для него наиболее естественно и выгодно. Не успев сообразить, что происходит, я оказалась на диване. Пружина, готовящаяся выскочить из него в любой момент, сразу впечаталась в мою ногу. Пересесть не разрешили.

— Ты должна терпеть физическую боль ради освобождения души. Поэтому не рыпайся, я буду творить.

Гуру макияжа вытащила все свои кисти и непонятные баночки. Рита покрутила мое лицо, помычала, потыкала, а потом удовлетворенно кивнула.

— Сделаю так, чтобы никто не заметил, если начнешь рыдать.

— Не знала, что ты освоила магию.

Она лучезарно улыбнулась и взялась за работу. Через час я выглядела почти так же, как до. На мой немой вопрос Рита ответила:

— Ты и без макияжа прекрасно выглядишь. Я замазала неровности, подчеркнула естественную красоту и нанесла средства, которые не потекут если ты расплачешься. А ты обязательно расплачешься, слишком волнительное событие. В таком случае твоя кожа не будет выглядеть покрасневшей или опухшей. В общем, делай что хочешь, все равно не получится испортить мой шедевр.

Я бросилась обнимать ее за заботу. Девочки сделали для меня больше, чем я ожидала. Благодаря их (и Игоря) стараниям я смогла разглядеть свое будущее, которое раньше виделось туманным и расплывчатым.

До меня дошло, что только от моих действий и решений зависит, кем я стану. Какой будет моя жизнь. С поддержкой близких людей я поняла: от себя не убежишь ни в одном городе. И что счастье ближе, чем кажется. Нужно только решиться взять его.

Оля при полном параде постучалась ко мне за десять минут до выхода. Она похвалила выбор одежды: я вышла в джинсах и его рубашке, накинутой поверх майки. В коридоре нас встретили большие пакеты с материалами для флешмоба. Из-за того, что она состояла в фан-клубе, нам пришлось выехать сильно заранее.

За дверями зала во всю гремел саундчек. Мое сердце отбивало тот же ритм. Андрей был так близко, но не знал, что я здесь. Хотелось написать, чтобы он вышел ко мне раньше. Но Оля с Ритой посоветовали дождаться окончания концерта. Потому что так у нас будет больше времени для диалога.

Помощи от меня не дождались. Девочки и не просили особо, видели, как меня трясет. Я стояла как в тумане, наблюдая за тем, как они раздают реквизит и инструкции, на какой песне что делать.

Я никогда раньше не ходила на настоящие концерты. Не видела смысла, да и интереса особого не испытывала. Но сейчас поняла, как ошибалась.

Совершенно незнакомые люди болтали и смеялись. Они обсуждали, как Сомер удивится, когда над толпой начнут взрываться хлопушки. Многие выспрашивали друг у друга названия любимых песен, будто от этого зависело могут они подружиться или нет.

Атмосфера удивительная. Казалось, люди вокруг были лучшими друзьями. Хотя, я уверена, многие сегодня встретились впервые в жизни. Они смеялись и пели песни в ожидании открытия дверей. А я почему-то улыбалась.

Концерт задержали на пятнадцать минут. Я попросила Олю встать в самый конец. Она не спорила. Смирно отошла от своих друзей по фан-клубу и взяла меня за руку. Мне стало легче. Правда, страх накатил с новой силой, стоило основному свету погаснуть.

Сначала вышли ребята из группы, потом сам Андрей. На его появление толпа зашлась в громком визге. Он заулыбался, а у меня защемило сердце. Таким мне еще не доводилось его видеть. Сейчас на сцене практически не было Сомера. Настоящая личность Андрея вырвалась на первый план. Я понимала это по мимике и жестам.