Книга Я бы сменила дракона или Сами вы злодейки!, страница 181 – Мира-Мария Куприянова

Вот только наступившая полночь никакого благополучия мне не принесла.

Когда старинные часы на камине пробили двенадцать, и я уже намеревалась тихой мышкой приступить к разведке, дверь в кабинет снова распахнулась и в него внесли мокрое, ободранное тело едва держащегося в сознании герцога.

— Ваша Светлость! – суетился вокруг него старый дворецкий, помогая стражникам разместить стонущего мужчину на низком диванчике. – Я сейчас же пошлю за лекарем.

— Не надо, – глухо простонал Арвел.

— Как не надо? Вас бросило на скалы! Вы чудом не утонули. Если бы не доблесть стражи…

— Не надо, я сказал, – с болью в голосе промычал Огненный. – Все в порядке.

— Но раны…

— Затянутся к утру, – глухо обронил он, – Оставьте меня…

— Я… служанки сейчас принесут горячую воду и сухую одежду. И ужин сюда подадут, – уперто вздернул подбородок несчастный слуга- Хотя бы переоденьтесь и поешьте.

— Вот отсюда.

— Но…

— Вон, я сказал! – от рокота его голоса на потолке дрогнула люстра. – Я сказал, все пошли вон! Оставьте меня одного!

И едва за спиной последнего слуги закрылась дверь, как мужчина просто сполз на пол, на коленях подползая к столу и стаскивая с него мокрую тряпку, некогда бывшую предметом моего гардероба.

— Мелисса, – не то простонал, не то прорыдал он, зарываясь лицом во влажные складки и сжимая кулаками исходящую водой ткань, – Зачем… зачем… – сильные плечи содрогнулись от молчаливых рыданий. Глухое рычание спряталось в намокшей шерсти, – Почему ты так поступила? Как мне теперь жить без тебя? Как?

Ночь я просидела возле потайной двери, изредка отключаясь на грязном холодном полу и снова просыпаясь от горьких, болезненных стонов страдающего Огненного.

За это время к нему несколько раз пытались сунуться горничные с обещанными тазами горячей воды, сменой одежды и подносами с едой. И каждый раз в грубой форме были посланы прочь, без возможности выполнить свои прямые обязанности.

Сумерки сменились серым, промозглым рассветом. Рассеянный луч слепого солнца, скользнувшего сквозь промозглую морскую морось и густой туман, пробежался по темному паркету. А Арвел так и продолжал нечленораздельно мычать на одной ноте, тиская грязную шаль и раскачиваясь из стороны в сторону.

— Мелисса… пожалуйста. Вернись. Просто вернись, – жутковато стонал он, так и не соизволив хоть на миг подняться с пола, – Ты же слышишь меня? Правда?

— Слышу, – хрипло отзывалась я, сидя на полу и привалившись головой к деревянной панели.

— Я не хотел этого… теперь-то ты знаешь, что не хотел? Скажи мне, что знаешь! Скажи! – рычал в мокрую тряпку Дракон, почти разрывая ее ногтями.

— Ну, будем считать, что знаю, – обреченно шептала я, устало прикрывая глаза и сглатывая вязкую слюну, – Только толку-то с этого?

— Я просто не мог делить тебя с ним. Ни с кем не мог. Ты должна была стать герцогиней. Должна была блистать ярче, чем Императорский изумруд в фамильной диадеме. Совершенная. Драгоценная. Только моя! Почему ты не поняла этого? Почему? Что мне теперь делать?

— Господи, да хотя бы уйди из кабинета на несколько минут, для начала, – тщетно молила я, не в силах отвести взгляд от оставленного на столике подноса с едой, – Кушать очень хочется… Уйди, а?

Но герцог никуда не уходил.

Жалость и горечь скользнули по языку, заставляя меня подслеповато щуриться в узкий глазок смотрового окошка.