Онлайн книга «Камасутра для вампира»
|
А значит, пора было платить по счетам. Маргарита вряд ли могла назвать себя наивной. Да и кредитор не особенно стеснялся, объясняя условия их грядущей сделки. Всё просто: он устраивает сестру в лучшую клинику и оплачивает ее лечение, а она поселяется в его замке и никогда не говорит ему нет. Совершенно очевидно, что это может значить. Он вошёл в ее комнату, когда уже стемнело. Тусклый ночник давал совсем мало света, и Маргарита была этому рада. Она постаралась отвести взгляд, чтобы не смотреть в эти почти бесцветные, горящие ледяным огнем глаза. Но у неё ничего не вышло. Никогда не выходило. Отвести от него взгляд было невозможно. — Не бойтесь Марго, - проговорил он хрипло, сминая ее и усаживая на узкую кровать, - вам не будет слишком больно. И страшно тоже не будет… Он не солгал: страшно не было. Ни тогда, когда он разорвал на ней белоснежную ткань рубашки. Ни тогда, когда он впивался ледяными губами в ее шею или чувствительно кусал белоснежную грудь с темными кругами сосков. Она словно со стороны наблюдала, как на высоких холмиках появляются кровавые подтеки. Это было странно. Болезненно. Но приятно. И когда он с утробным рыком развел ее ноги, а его пальцы заскользили по алой полоске плоти, она сама тянулась к нему, со стоном подавалась бедрами вперёд. Он хочет, чтобы она закрыла глаза… Как она это поняла? Кто знает. Но закрыла. И уже не видела, только чувствовала, что там, в той точке, где сейчас собралась вся сладость и истома этого мира, уже нет его руки, а есть другое… Но и это не было страшно. Она принимала его - жадно, хрипло дыша. Принимала вместе с болью и стыдом, принимала восторженно и открыто. Торопливо насаживалась на его твердость, чтобы успеть получить больше… Понимала ли она, что что-то тут не так? Понимала. Могла ли что-то с этим поделать? Нет. Никто не может сопротивляться вампиру. * * * — Я стала некрасивая. Она лежала все на той же узкой кровати. Алекс был тут же. Целовал ее пальцы, перебирал волосы. Как он только терпит ее - такую? Иногда Маргарите казалось, что она прекрасна. Обычно - когда он был рядом. Но зеркала не могли врать - серый цвет лица, черные круги под глазами, нездоровая худоба. И Виктория. Они виделись вчера. Она испугалась. Закричала: «Что этот гад сделал с тобой?! Беги от него. Оставь меня. Только спасайся. Он чудовище!». Носатому доктору пришлось вливать ей успокоительные капли… — Ты гонишь меня, потому что я стала некрасивой… - повторяет она. — Тебе нельзя быть со мной. Виктория права. Я чудовище. Она прижимается к нему. Она может не слушать, что там он говорит. И если уже завтра они не будут вместе, значит, нужно брать все сегодня. Маргарита ищет его губы, снимает одежду, гладит его, целует, прижимает… — Подожди, подожди… Нам нельзя! Ну как же нельзя, если нужно! Маргарита обвивает его бедра ногами, вдавливает его в себя и даже сквозь одежду чувствует, как наливается силой его орган. Облегченно выдыхает - даже такую он ее хочет. Подставляет для поцелуя шею. Перед этим он никогда не может устоять. Когда шеи касаются губы, а потом и зубы, по ее телу пробегает дрожь предвкушения. — Ты можешь сильнее… Пожалуйста… я хочу! Она и правда хочет этого. Хочет больше, чем его проникновений и поцелуев. Почему? Если бы она знала! |