Книга Камасутра для вампира, страница 24 – Матильда Старр

Он отстраняется. Он напуган.

— Марго. Ты хотела бы жить вечно?

— А кто бы не хотел, - улыбается она.

— Ты будешь сильной и красивой. Неуязвимой… Люди будут готовы на все ради тебя.

— Мне они не нужны, - она снова тянется губами к его губам, только ты…

Он целует - долго, больно кусая губы, с силой прижимает к себе и наконец входит в нее, вызывая сладострастный стон.

— Ты разлюбишь меня. Как только станешь бессмертной. Это наш последний раз.

Но ей не важно, что там он говорит, лишь бы не останавливался, лишь бы продолжал двигаться…

— Открой рот!

Разве она могла бы ослушаться!

Несколько капель вязкой соленой жидкости. Странный вкус… И понимание - это кровь.

* * *

Неделю спустя Маргарита вошла в больничную палату. Сейчас уже никто не мог бы сказать, что она плохо выглядит. Она была прекрасна.

Сестра смотрела на нее изумленно, словно увидела привидение.

— Виктория, ты бы хотела жить вечно?

— Если бы ты после этого его убила, я бы тебя понял.

Взгляд ее гостя - недобрый, руки сжаты в кулаки. Это уже лишнее… Она разжала его пальцы, сплела их со своими и снова прильнула к плечу. Не надо бы ему нервничать… Ей это не на пользу.

Почему вообще она ему все это рассказывает? Потому что за сто с лишним лет накопилось слишком многое, о чем нужно рассказать? И так и не нашлось того, кому можно рассказать. Людям нельзя - пресловутый первый пункт конвенции. А другим вампирам… Маргарита с трудом сдержала нервный смешок. Какое до этого дело другим вампирам? И вообще вспоминать свою жизнь до воплощения - моветон, жаловаться на нее - непростительная слабость.

«Если ты выглядишь как еда - тебя съедят»… Что поделать? Люди выглядят как еда.

— Только я его не убивала. Как только я стала вампиром, он перестал для меня существовать. Ничего не осталось - ни любви, ни ненависти…Вампиры не слишком интересны друг другу.

— А ты для него?

Это был плохой вопрос. Плохой, потому что правильный. Маргарите не хотелось бы на него отвечать.

— Что-то же он делал у тебя на кухне? И до этого приходил… - не унимался оборотень. И он уже не казался таким милым.

— Он пытался за мной присматривать… Пожалуй, даже оберегать. Может быть, чувство вины?

— Разве у вампиров бывает чувство вины?

Маргарита пожала плечами. У некоторых вампиров вся жизнь состоит из чувства вины…

— Он ведь приходил не просто так. Может, хотел о чем-то предупредить? О ком он с тобой говорил? - продолжал допытываться оборотень.

Маргарита отстранилась - этот парень хоть сам понимает, что творит? Конечно, желание помочь похвально. Но в некоторые вопросы лучше не лезть. Особенно если ты уже влез так далеко, что дальше некуда.

— Он предупреждал меня о тебе.

Она снова прижалась к его плечу.

* * *

— Если что-то пойдет не так - дай мне знать.

— Ты уже третий раз это повторяешь!..

Они - на черных простынях, в комнате - полумрак, который разбавляет лишь свет ночника. В этом полумраке обнаженный торс оборотня смотрится высеченным из камня… Нет, вылитым из бронзы. Из несуществующей в природе пластичной, гибкой бронзы.

Он прижимает ее к себе, и она кажется себе маленькой и слабой рядом с ним - большим и сильным. И от этого становится так сладко, так спокойно… А ей не должно быть сладко и спокойно!

Он захватывает ее губы долгим тягучим поцелуем. Он снова исследует ее, пробует на вкус… И сейчас уже не останавливается на губах - откидывает пряди волос и ласкает поцелуями шею.