Книга В ловушке, страница 43 – Матильда Старр

— Ты уже вернулась насовсем? Больше не сбежишь? – спросил вдруг Демидов.

— Не угадал, – улыбнулась Александра. – Сейчас за пару дней разберусь с документами и… И сбегу уже насовсем.

— Ясно.

Если Демидов и огорчился, то вида не подал.

— Знаешь, что я подумал? Что-то здесь б-р-р-р, – он передернул плечами. – холодновато. Климат неправильный. Так что ты всё правильно сделала. Жизнь у моря, на островах – самое то. Я бегу с тобой!

Александра рассмеялась.

— Вечно ты со своими шуточками, Демидов.

— Никаких шуток. Я серьёзен как никогда. И, кстати, ты выйдешь за меня замуж? Нет, сейчас не отвечай. Не прямо сейчас. Но начинай уже это обдумывать.

Отловить для разговора подполковника Старикова Александре так и не удалось. То он был в командировке, то не принимал, то где-то носился и не сидел на месте. Видно, дел у подполковника куда больше, чем у майора. И на какую-то там подозреваемую времени не нашлось. Впрочем, он явно ее уже не подозревал, иначе бы еще в первый раз не дал покинуть город, тем более страну.

Задерживаться, чтобы продолжить охоту на неуловимого Старикова, Александра не стала. И как только получила документы, вернулась на острова.

Демидов с ней не полетел. Он явился спустя две недели, передав дела, выдержав несколько серьёзных разговоров с отцом, у которого на его будущее были совсем другие планы, и поселился в съёмном домике на первой береговой линии.

Эти две недели Александра не находила себе места. Поездка домой, разговор с Борисом Львовичем разбередили в ее душе лишь слегка затянувшиеся раны. И даже салон, где, кстати, прекрасно управлялась Мария, не помогал, не спасал как прежде, не помогал забыться и забыть.

Александра подолгу бродила по безлюдному берегу моря, по самому краешку прибоя. Машинально собирала ракушки и, наполнив горсть, выбрасывала в набегавшие волны. И так же как эти волны, воспоминания наплывали одно за другим, то радостные, то грустные, то смешные. И Александра смеялась и плакала, пожалуй, в первый раз позволив себе открыто думать и вспоминать. Мама, папа, Андрюшка… Ее семья. Приемная? Какая чушь. Ее настоящая семья, роднее родных, и другой ей не надо. Как хорошо, что они были, как жаль, что их не стало. Любимые лица так четко проступали перед глазами, словно они были рядом. А они и были рядом, обнимали ее руками теплого ветра, трепали волосы на макушке, как это делал папа, целовали солеными морскими брызгами, шептали шелестом прибоя, унося из души тяжелую рвущую боль, оставляя взамен светлую, щемяще нежную грусть. Ее родные и любимые… Они всегда будут с ней, в ее сердце…

После таких прогулок она возвращалась умиротворенная и спокойная, и на следующий день снова шла на берег. Она не смирилась с их гибелью, нет. Просто отпустила все, что случилось. Оставила себе лишь уверенность, что ее очень любили, и воспоминания.

А потом прилетел Демидов. Теперь они с Александрой каждое утро завтракали вместе в кафе, на той самой террасе с видом на море. Демидов как-то удивительно легко и естественно влился в островную жизнь, словно был тут всегда. Они встречались по утрам, а после работы он обязательно придумывал какое-нибудь развлечение. Появившись здесь совсем недавно, он умудрялся находить всё новые и новые интересные места, куда в обязательном порядке тащил Александру. В горы встречать рассвет, к волшебному источнику, который исполнял все желания, в клуб, где как раз сейчас проходил конкурс на лучшую танцевальную пару, и они – ну разумеется! – заняли в этом конкурсе почётное двадцать четвёртое место.