Книга Вторая попытка леди Тейл. Том 2, страница 105 – Мстислава Черная, Ива Лебедева

Ну и пусть. Если они будут считать, что у них есть одно оружие, возможно, не станут искать другое.

Поскольку в управлении мы пробыли дольше, чем ожидалось, Грант, как только мы оказались на улице, настоял на обеде — неподалеку, по его словам, располагалось скромное заведение с очень хорошей кухней, правда континентальной, в чем и крылась причина скромности и непопулярности заведения.

— А храм? — вздохнула я.

— Жениться натощак издевательство, — отрезал папа.

Мама поддержала его, что вовсе не удивительно.

Я скорее капризничала, чем требовала незамедлительного брачного ритуала. Приятно же почувствовать себя беззаботной… эгоисткой, которой все прощают, особенно сейчас, когда я действительно очень устала.

Грант подхватил меня под руку, увлекая за собой, и тихо шепнул, что торопиться причин нет.

— Только ради тебя, — хмыкнула я. — Не могу же я заставить тебя держать в честь брака пост.

— А родителей можешь? — тут же прищурился Грант.

Я лишь шутливо стукнула его сложенным веером.

Наша открытая коляска как раз остановилась перед ничем не примечательным трехэтажным зданием. Почтовый ящик, прикрученный у бокового входа, выдавал, что в доме живут. Скорее всего, одна семья.

Грант повел нас к главному входу, украшенному деревянной вывеской «Вента матушки Франциски».

— Что такое «вента»? — нахмурилась я.

— Гостиница, таверна, — пояснил Грант, распахивая дверь и пропуская нас всех вперед. Сам он зашел последним.

— Хм, какое интересное заведение. — Отец всерьез заинтересовался необычным интерьером: развешанными повсюду отполированными до солнечного блеска медными сковородками и котлами; массивной мебелью из потемневшего от времени дерева; старыми, чуть мутноватыми фонариками над каждым столом.

А самое главное — вкусным до головокружения запахом жареного мяса, чеснока, копченостей и чего-то явно спиртного.

— Совсем не для аристократов местечко, — пояснил Грант, улыбаясь. — Поэтому среди высшего света о нем мало кто знает. Зато здесь кормят так, что после обеда можно хоть пару соседних материков завоевать. Поэтому предлагаю сегодня набраться жизненных сил именно здесь.

— Одобряю! — Папа уселся за стол и предвкушающе потер руки. — Устал я от этого заумного этикета. То ли дело у нас на границе. Правда, жена?

— Правда, — усмехнулась мама и устроилась на соседнем стуле с видом истинной леди во всей своей утонченности. — Раз уж мы сюда пришли — заказывайте всего и побольше! А пока несут — живо рассказывайте все до последней подробности, дети. Я нюхом чую, что кучу деталей вы утаили, чтобы «не волновать старичков».

— Нюхом, — проворчала я и раскинула над нами полог тишины.

Вроде бы нечего опасаться, в зале мы чуть ли не единственные посетители, не считая устроившегося в углу мужчины с тетрадями и счетами. За другим столиком обедали немолодые брат с сестрой, как я предположила из-за сходства лиц.

Но на всякий случай пусть лучше полог будет, чем не будет.

Грант дополнил мои чары рассеиванием внимания — теперь и по губам никто ничего не прочтет.

— Не томите, дети, — нахмурилась мама.

— Не вся история вошла в письменное признание, — пожала плечами я.

— О-о-о…

Грант не стал вмешиваться, позволив мне рассказывать самой.

Я же выдержала паузу, с одной стороны, нагнетая обстановку, а с другой — тем самым показывая, что проблема не настолько серьезна, чтобы из-за нее нервничать.