Книга Вторая попытка леди Тейл. Том 2, страница 20 – Мстислава Черная, Ива Лебедева

Крыска побелела. Моя осведомленность впечатлила ее до полуобморочного состояния, причем не притворного. Я же, не тратя на мерзавку больше слов и времени, подошла и перевернула ее через подлокотник.

— Что вы делаете? — заверещала она.

Мама тоже удивилась, но вмешиваться не стала, и я спокойно задрала мерзавке подол платья, открывая панталоны с кокетливым кружевом, популярным у содержанок.

Объяснять сразу я не собиралась.

— Чем ты думала, выступая против боевых магов, дорогуша? — хмыкнула я, спуская панталоны.

Девица пискнула.

Кажется, я не на шутку ее напугала, а еще страшнее девочке стало, когда я ощутимо ткнула в обнаженную кожу пальцем. Нет, преднамеренно боли я не причиняла, и мое касание было неприятным, но не болезненным, в этом я уверена, хотя оставить гадине синяк мне не жаль. От моей руки потекла сила, на коже мошенницы начал проступать узор плетения.

Мама хмыкнула и заинтересованно склонилась, «читая», и я чуть не сбилась. Экзамены в академии? Чепуха! Вот настоящий экзамен. Мама, словно почувствовав, как я напряглась, отступила на шаг, но не ушла и «читать» не перестала.

Я управилась за четверть часа и, убрав руку, вернула панталоны на место.

— Выдыхай, — хмыкнула я крыске.

— Неплохо, дочь. Я бы точнее и, главное, результативнее не сделала.

Это было лучшее, что я могла услышать.

Я вскинулась, на мгновение даже про мерзавку забыла, но усилием воли заставила себя не растекаться сладким киселем. Мое плетение мы обсудим наедине или при папе с дядей, а пока надо с крыской закончить:

— Ты поняла или объяснить, что я сделала?

Она отчаянно закусила губу.

— Лучше бы тебе понять, — по-доброму улыбнулась мама.

Крыска промямлила неуверенно:

— Г-госпожа… Вы заколдовали?

— Я тебя заклеймила фамильным знаком. — Немного дезинформации для врага — это не бессовестное вранье, а стратегический ход. — Теперь ты, маленькая лживая дрянь, принадлежишь роду Тейл с потрохами. Тебе придется выполнять приказы не столько за вознаграждение, сколько для того, чтобы остаться в живых. Поняла?

— Госпожа! — Глаза мерзавки расширились от ужаса.

— А не будешь слушаться… — Немного силы, пропущенной сквозь магические линии, которые уже стали невидимыми на коже актриски, и она непритворно взвизгнула — место приложения магии ей припекло, словно крапивой.

— Вот именно. И это я всего слегка недовольна. Теперь, если ты будешь лгать нам или же попытаешься предать, боль станет сначала сильнее, потом и вовсе невыносимой, а потом прожжет тебя насквозь от клейма до головы.

— Гос… госпожа… — Девица уже непритворно рыдала. А я удивлялась сама себе, потому что смотрела на ее слезы совершенно спокойно. Мне ее ни капли не было жалко. Тем более что убить ее на расстоянии, как пообещала, я все же не могу. Зато могу слегка припечь, чтобы напугать, а еще — буду слышать все, что эта лживая дрянь скажет нашим врагам.

И направление отслеживать смогу.

Я не стала ограничиваться только лишь плетением, повесила на крыску «щупальца осьминога». В будущем, возможно, повезет перекинуть их на кого-то интересного. Жаль только, что Эдвин может догадаться пустить очищающую волну, ведь он уже понял, насколько я серьезный противник. Вот тогда и пригодится печать на актрисе — будет подслушивать по указке.