Книга Ворона и ее принц, страница 87 – Мстислава Черная, Ива Лебедева

Экипаж остановился. Под вуалью не было видно, как я крепко, до боли в глазах, зажмуриваюсь, чтобы, распахнув их, смотреть с ледяной невозмутимостью. И все же тетушка Бао уловила мое состояние, похлопала по руке и отстранилась идеально вовремя. Провожавшие нас служанки распахнули дверцу паланкина, подняли полог.

Тетушка, как старшая, вышла первой. Я последовала за ней. Служанки подхватили меня под руки с обеих сторон, помогая спуститься на мостовую, страхуя от глупого падения.

На воротах старшая служанка передала встретившему нас чиновнику из ведомства ритуалов и обрядов пригласительную карточку, и мы с тетушкой смогли войти. Слуги, разумеется, остались снаружи.

Слава богу, в этот раз вуаль была другой системы, чем на шляпе доули. С той я бы запнулась и шлепнулась на третьем шагу. А нынешний газовый лоскуток крепился к заколкам на прическе, надежно скрывал мое лицо, но мне через него было все отлично видно.

И прекрасные сады с прудиками, фонтанчиками и мощенными белым камнем дорожками. И павлинов, как цветных, так и белоснежных. И шикарных фазанов на деревьях. И нежных соловушек — так звались императорские наложницы, мелькавшие вдалеке изящными штрихами цветной туши на пастельно-размытом фоне.

И сам центральный дворец, куда надо было подняться по лестнице из ста одиннадцати сакральных ступеней. И роскошный, алый с золотом императорский зал, в самом дальнем конце которого высился трон Сына Неба. И толпы придворных по периметру этого зала.

Пришло время экзамена. Теперь каждый шаг, каждое слово и даже каждый вздох имеют значение.

Мне повезло — строгий этикет играл скорее на меня, чем против меня. Получив признание императора, я поднимусь в иерархии семьи Линь на вершину, пока же я просто девушка, которая утверждает, что ей повезло выжить, и тетушка Бао старше. Именно она шла первой, а я держалась на шаг позади, но не пряталась, шла справа и чувствовала на себе десятки, если не сотни, взглядов. Доброжелательных я не находила, разве что прибывший независимо от нас господин Сань смотрел ободряюще.

Остановившись в десятке шагов от ступеней, ведущих на тронное возвышение, тетушка сложила руки перед собой и, следуя церемониалу, опустилась на колени. Я поддержала ее под руку, одновременно тоже опускаясь.

Теперь следовало ждать.

Впрочем, император не стал томить нас долго:

— Госпожа Линь, не нужно быть такой вежливой. Ваш почтенный возраст требует бережного отношения к телу.

Кто-то из дворцовых слуг метнулся к нам и помог тетушке подняться.

Да, она могла встать. Я — еще нет.

Мне следовало оставаться на коленях бесконечно долго, пока император не обратит на меня внимание.

И вот ведь…

На первый взгляд, он откровенно пренебрегает возможной наследницей семьи Линь, но он предельно уважителен… только не со мной.

— Десять тысяч лет жизни и благоденствия императору. — Тетушка еще раз поклонилась, потому что принять за чистую монету просьбу не быть слишком вежливой будет величайшей ошибкой. — Благодарю вас за заботу, мое старое сердце смущено и тронуто.

— Как прошло ваше путешествие, госпожа Линь Бао? — продолжал расспрашивать император. — Удалось ли целителям хоть немного восстановить ваше зрение после того несчастного случая?

Учитель советовал мне идти в одиночку, это бы избавило меня от длительного ожидания. Я не могла сказать, что стоять было трудно, я прекрасно осознавала, что для Поднебесной это совершенно обыденный ритуал.