Книга Путь пиона. Двадцать дней цветения, страница 94 – Ната Лакомка

— Кристалл, разбивающий душу демона? — я ощутила холодок страха в груди. — Но ведь он был уничтожен? Наша мама уничтожила его…

— Это другой кристалл, — объяснила Ли Хуа и усмехнулась.

Я никогда не видела у неё такой усмешки. Холодной, полной ненависти.

— Этот кристалл сделала я, — сестра повернула его в пальцах, и солнечный свет отразился на полупрозрачных гранях. — Я вложила в него всю свою ненависть, всю энергию ци, какая была в моём теле. Тот кристалл был сделан человеком. Жалкое творение смертного. Этот кристалл — само совершенство. Он убьёт тебя первой же вспышкой. Разобьёт твою душу на кусочки. Фарфоровая чаша дала трещину? Так ты сказала? От тебя не останется даже осколков. Даже пыли не останется. И ты не сможешь переродиться ни в одном из трёх миров. Сегодня я уничтожу твою душу, Шао.

— За что? Что я тебе сделала?.. И почему ты зовёшь меня Шао? — невольно я отступила, потому что видеть сестру такой было страшно.

— Что сделала? — похоже, Ли Хуа чувствовала мой страх и наслаждалась им. — Знаешь, я столько времени думала — чем же ты лучше меня? Я не уступаю тебе ни в красоте, ни в происхождении, я всегда преуспевала в пути самосовершенствования и ни разу не нарушила небесных законов. А ты… ты всегда их нарушала. Всегда была мятежницей, смутьянкой, и почему-то именно тебя почитают, уважают и любят.

— Ли Хуа, — я выставила руки ладонями вперёд, пытаясь образумить сестру, — произошла ошибка. Это не я — дочь, дарованная небесами. Это ты — дар бессмертного небесного чиновника. Наши родители будут любить и почитать тебя, как подарок небес…

— Да кому нужны эти презренные старики! — крикнула сестра, сорвавшись на визг, и лицо её исказилось уродливой гримасой. — Почему он всегда видит лишь тебя? Почему для него существуешь лишь ты?

— О чём ты говоришь?.. — произнесла я, уже понимая, о ком она говорит.

Я отступила ещё на шаг и встряхнула правой рукой, чтобы призвать меч Шао Тин, но ничего не получилось. Или у меня не было сил для концентрации энергии ци, либо в прошлый раз всё вышло у меня случайно, и теперь я не могла повторить этого, как ни пыталась.

— Как низко ты пала, Шао, — покачала головой Ли Хуа. — Ты всё забыла. И теперь тебе придётся исчезнуть, так и не узнав, кто ты такая.

Ли Хуа подняла кристалл выше, сжала его дрожащей от напряжения рукой, и он просиял холодным мертвенным светом, выпустив луч по направлению ко мне.

Я успела заметить, как покрылись инеем и заледенели ветки пионовых кустов. Листья пожухли и свернулись, и осыпались невесомо, тая, как снежинки.

Но смертоносный свет не достиг меня.

Потому что между мною и сестрой встал Яо Мо.

Я увидела его лицо — мгновенно побледневшее, с отражением боли в глазах.

Раздался истошный крик Ли Хуа.

Голубое сияние колыхнулось, дрогнуло, а потом исчезло.

— Я не хотела! Юн Хао! Не хотела! — вопли сестры доносились до меня словно издали.

Потому что всё вокруг перестало иметь значение.

Мой муж продолжал обнимать меня, защищая, но упал на колени, потянув за собой. И вот уже я держала его в объятиях, не давая упасть головой на землю.

— Ты что наделал? — шептала я, гладя его по щекам и лбу. — Зачем встал под удар?

— Я не навредил ей. Её крови не будет между нами, — муж попытался улыбнуться, но губы лишь болезненно дёрнулись.