Книга Королевская кровь-14. Часть 2, страница 35 – Ирина Котова

Однако сержант все же покосилась на лесок — и сначала увидела, как из темноты появляется пес тер-сели. А в десятке шагов за ним — как неспешно и даже как-то величественно ступает меж деревьев подполковник, чуть повернув голову к спутнику. Так, словно она не в военную форму была одета, а в приличествующую ей тунику аристократки. Берман, мощный, одетый в гъёлхт, босой, что-то говорил ей, и она слушала, спокойно кивала.

— Мне брат короля все равно больше нравится, — шепотом призналась сержанту молодая серенитка. Брат короля был позавчера. — По нему понятно, что хоть послушный и добрый муж будет. А этот что? Этот сразу видно, проблем доставит.

— Тише ты, — шикнула на нее старшая. — Ты забыла, что у берманов звериный слух?

И правда, спутник подполковника повернул к патрульным голову и посмотрел так тяжело, что так и захотелось дать в морду.

Но они молча наблюдали, как провел он Лариди к ее дому. Что-то сказал, склонившись к ней. И, посмотрев некоторое время на закрывшуюся дверь, обернулся медведем и понесся обратно в лес.

— А не уедет ли она к нему в Бермонт? — все же вырвалось у сержанта, и она тут же прикусила язык — не стоило сплетничать о командире.

— Разве ивма́трикс это позволит? — изумилась младшая.

— Подполковник — герой войны, — весомо ответила сержант. — Как решит, так и будет. Но что она решит?

И они обе покосились вслед унесшемуся в лес медведю.

Хотя к берманам за прошедшие недели серенитки и привыкли, тем воительницам, кто пришел в Инляндию уже после боя богов, сложно было понять и принять превосходство мужчин и то, что армия здесь была почти сплошь мужская.

Но все они больше месяца назад поступили под управление командующего Майлза, а тот переформировал ударные отряды под новую задачу — быструю зачистку территории Инляндии, а затем и Блакории, присоединившись там к сводной бермонтско-блакорийско-рудложской армии. И теперь в одном батальоне под командованием старших офицеров, таких, как Лариди, которые и отчитывались в штаб, и ставили задачи, вместе находились и инляндцы, и берманы, и серенитки, и эмиратцы. И приходилось им всем с их разными традициями и менталитетом притираться друг к другу.

Было это сложно, несмотря на жесткую дисциплину, установленную офицерами. Берманы позволяли себе смешки и выпады в стиле «иди ко мне в жены, красавица, согрею» в адрес серениток, те — недоумение и уничижительные комментарии в адрес берманов. Доходило пару раз и до мордобоя — к чести оборотней, сами они женщин не били, но после того, как те их знатно поваляли, начали все же смотреть с уважением. А то и подходить и предлагать спарринги — из любопытства.

Эмиратцы так и вовсе на дев-стрелков смотрели с ужасом и чуть ли не охранные знаки делали. Привыкли, конечно, постепенно. А инляндцы так привыкли к разнообразию, что только посмеивались.

— У нас король — змей, — говорили они, — нас ничем не проймешь.

Ну или причиной была знаменитая на весь мир сдержанность местных.

Но совместный быт, продвижение по лесам цепочками по три-четыре бойца — пара штурмовиков, огнеметчик или маг и прикрывающий их стрелок, — как и боевые задачи все же заставили бойцов друг к другу притереться, перемешаться. Познакомиться, начать пусть не понимать, но хотя бы принимать друг друга. Говорили между собой на рудложском — этот язык знали все. Продвижение было быстрым и расслабленным: редко когда приходилось вступать в бой, выкуривая окопавшихся на каком-нибудь хуторе или спрятавшихся в лесу иномирян, о которых доносила военная разведка. Считай, и не было тех стычек. Разве что с инсектоидами, попадавшимися то тут, то там, приходилось быть настороже — большинство ранений сейчас приносили именно они.