Книга Королевская кровь-14. Часть 1, страница 117 – Ирина Котова

И когда кладет трубку, бормочет:

— Хотя мы оба знаем, что я вру.

Луциус-старший снимает блок с зеркала, и, прежде чем Рудольф Блакори шагает к нему в кабинет, опускает на себя парочку дополнительных ментальных щитов.

С приходом Рудольфа, который грузен и широкоплеч, хмур и сжимает губы в тонкую линию, что делает его лицо с черными, начавшими седеть бакенбардами почти устрашающим, кабинет словно становится еще меньше. Король Блакории широкими шагами подходит к Луциусу, но не протягивает руку для рукопожатия. Вместо этого он бросает на стол белесый записывающий кристалл размером со спичечный коробок, который скользит по старой полированной древесине и замирает напротив Инландера.

Это на грани с агрессией, но Луциус сдерживается. Блакори грузно опускается в кресло напротив. Волны его раздражения, ярости так сильны, что пробивают и через ментальные щиты — хотя он тоже накинул на себя несколько.

— Посмотри, — прерывает молчание Блакори.

Луциус касается кристалла. Над ним поднимается объемная картинка. Молодой мужчина с завязанными глазами, с разбитым лицом сидит в тюремной камере. И говорит глухо, скрипуче:

— Я, граф фон Вольфешлегельштайн, подтверждаю, что более трех месяцев назад со мной связался человек, пожелавший остаться неизвестным. Он сказал, что знает о моих трудностях с долгами и о том, что графство может пойти с молотка. И под магический договор о молчании предложил сделку. Я, как участник того же конного клуба, что и принцесса Магдалена Блакори, делаю все, чтобы очаровать ее. В том числе использую любовное зелье, которое мне передадут. Если в течение трех месяцев ее высочество не ответит взаимностью, я обязуюсь создать ситуацию, при которой она будет публично скомпрометирована: должно создаться впечатление, что мы с ней — любовники. Мой титул и публичность сохранят мне жизнь, а при должной удаче я смогу стать мужем принцессы. Подробные инструкции, как действовать, были мне переданы, как и амулеты, позволяющие обойти ментальное сканирование и усыпить бдительность охраны принцессы.

Граф замолкает. Картинка гаснет. Луциус Первый переводит взгляд на собеседника.

— Спасибо за предупреждение, — говорит он ровно, — я буду иметь в виду, что твою дочь пытаются подставить. И кто заказчик, Рудольф?

Король Блакории всматривается в него.

— Давай подумаем, Луциус, — отвечает он, наконец, — кто может быть выгодополучателем того, что моя дочь будет скомпрометирована? Кто этот неведомый интересант, готовый потратить целое состояние на то, чтобы выкупить долги графства, организовать операцию, стереть память у посредников? Я нашел посредника, который договаривался и заключал контракт, но он ничего не смог сказать. Это очень сужает круг подозреваемых, не так ли, Луциус?

— Говори прямо, Рудольф, — морщится Луциус. — Ты считаешь, что это моя затея. Я говорю тебе — я не имею к этому никакого отношения. Клянусь, если бы я знал, я бы сделал все, чтобы этого не произошло. Я, несмотря на наши с тобой отношения, с большой приязнью отношусь к Лене и рад, что именно она станет моей невесткой и женой Лици. Ты не там ищешь. Ищи среди тех, кому выгодно оставить твою дочь в Блакории, достаточно богатых для того, чтобы оплатить услуги сильного мага.

Блакори всматривается в него из-под нависших бровей. Он умен и не нужно обманываться его кажущейся тяжеловесностью. Да и прийти в кабинет к заклятому брату тоже нужно иметь характер.