Книга Королевская кровь-14. Часть 1, страница 21 – Ирина Котова

Перешла в «женское отделение» и Маргарета, которая вновь начала напоминать мне меня: то ли разлука с Таммингтоном так ее подкосила, то ли играл постравматический синдром, но она дневала и ночевала на родах, и доктору Лео приходилось ее силком выгонять отдыхать.

Впрочем, в этом ему помогала хирург Амадея Верфонсис, которая умела что-то такое сказать Рите, мудрое и серьезное одновременно, что та вздыхала и отступала.

— Я думаю, они поженятся, — сказала мне пару дней назад Рита, когда присоединилась к нам с Катей за чаем. Доктор Лео настойчиво повелел мне больше проводить времени на свежем воздухе, и я решила совмещать приятное с полезным: нам поставили стол под старым дубом недалеко от детской площадки, и теперь мы пили чай в лесопарке.

— Я тоже так думаю, — согласилась я с улыбкой, и мы все как девчонки покосились туда, где по дорожке в парке чинно, под ручку, гуляли статный доктор Лео и очень женственная, черноволосая, строгая и взрослая доктор Амадея, опять о чем-то дискутируя. — Я даже надеюсь на это. Будущему отдельному госпиталю Вейна нужны хорошие доктора.

— Этак они и детей за спором о том, какие швы лучше, сделают, — высказалась Рита, и мы засмеялись. Смеялась и Катя — за прошедшие дни она уже успела познакомиться с персоналом, и пусть еще не влилась в нашу небольшую дружную семью, но все уже знали ее, она знала всех, и к ней присматривались, оценивали. Девочки ее благополучно ходили в наш «детский садик», а она то и дело навещала больных. И доктор Лео, поначалу отнесшийся с недоверием, сам уже просил ее поработать над стягивающим, не дающим разогнуться руке, рубцом или заросшим ожогом, перекашивающим лицо.

Во взрослом отделении я работала на процедурах по часу-два, отпуская отдохнуть сменщиц. С освобождением новых территорий недостатка в персонале мы не испытывали: случалось и так, что пациент или пациентка долечивались и оставались у нас санитаром или медсестрой. И у меня хватало задач, помимо лечебных, однако медицина и знакомый мир госпиталя, его деловитая суета, его запахи и чистота будто заземляли меня, помогали перезагружаться. Госпиталь был моим детищем, от и до, и я не могла отказаться от этой работы, пусть даже выполняла ее номинально. И пусть мое основное участие было в том, что я помогала обеспечить его материалами и лекарствами, не работать с больными я не могла.

— Буду считать, что это ваши витамины от стресса, Марина Михайловна, — ворча, сдался доктор Кастер. — Но инфекционную опасность мы все же для вас ограничим. Сейчас уже нет нужды рисковать.

Я не возражала.

Вот и сейчас, когда Люк улетел после провод драконов и семейного обеда, я час провела на процедурах в детском отделении, час — во взрослом. Там я встретилась с Катей. Мы виделись с ней за обедом, и после вместе спустились в госпиталь.

Я, двигая тележку с материалом под капельницы в палату, увидела Катю над койкой лорда Розенфорда — он с его людьми и прибыли утренним листолетом, уже подверглись санитарной обработке, и теперь ждали капельниц. Всем им выдали синие больничные пижамы, но лорд был без кофты, а подруга в белом халате, под присмотром дородной санитарки задумчиво водила руками над его ожогами, и страшные рубцы словно расправлялись, растягивались. Она повернула ко мне туманные, сияющие зеленью глаза, едва заметно улыбнулась и снова вернула внимание пациенту. От нее шел холодок, и наблюдали за ней остальные пациенты с некоторой опаской.