Книга Танцовщица для небесного бога, страница 13 – Ната Лакомка

— Сядь вот здесь, — Коилхарна подвел ее к одному из стульев.

Девушка осторожно опустилась на мягкое сиденье, но стул оказался очень устойчивым. Более того, ножка позволяла поворачивать сиденье вправо и влево. Осмелев, Анджали несколько раз крутанулась на чудесном стуле.

Коилхарна нажал на один из камней, и все вокруг Анджали засветилось разноцветными огнями. Стеклянные пластины посветлели, и на них стали видны — как настоящие — дворцы богов, парки и водохранилища Тринаки, весь город предстал перед Анджали. Она тыкала пальцем, угадывая знакомые площади и пруды, и восторгалась этим шумно и искренне, позабыв про высокомерие, а Коилхарна улыбался во весь рот.

Но вдруг сладостная музыка достигла их слуха. Целый оркестр играл где-то неподалеку. Приглушенный рокот барабанов и звон ситар выводил нежную мелодию, в которую иногда вплетался голос флейты-бансури. Анджали тут же перестала восторгаться волшебными стеклами и замерла.

— Что это? — спросила она.

— Кто-то из богов здесь, — пролепетал Коилхарна, перепугавшись до смерти, и тыкал пальцами по волшебным камням, чтобы отключить волшебные стекла. — Пойдем, если нас увидят, то накажут.

Анджали нехотя слезла с одноногого стула и в последний раз оглянулась, чтобы запомнить, как выглядит волшебство богов.

Они вышли в коридор, ступая тихо, как мыши, а музыка играла все нежнее, и Анджали вдруг остановилась. Было неразумно идти туда, но она не смогла себя пересилить, будто музыка разом лишила воли и здравомыслия.

— Я хочу посмотреть на богов, — тихо сказала Анджали.

— Нет! — воспротивился гандхарв шепотом. — Боги не любят, когда в их жизнь вмешиваются. Ты будешь наказана!

— Они меня даже не заметят, — отмахнулась Анджали. — А ты жди здесь, трусишка, я сейчас вернусь… — и она направилась по темному коридору, туда, откуда доносилась музыка.

Коилхарна заступил ей путь и схватил за руку, чтобы увести, но в нежную апсару словно вселился грозный ракшас. Анджали вырвалась, глаза ее гневно и презрительно сузились.

— Только посмей еще раз ко мне прикоснуться, — прошипела она с присвистом, как змея, готовая напасть. — Я донесу, и тебя изгонят на землю. Или сдерут кожу живьем!

Устрашенный напоминанием о столь страшной каре за прикосновение к небесной танцовщице, Коилхарна отступил. Девушка тут же проскользнула в темноту мимо него. Пометавшись на месте, Коилхарна так и не осмелился последовать за ней, и остался стоять, хрустя от волнения пальцами.

Тем временем Анджали шла навстречу божественной музыке, касаясь рукой стены, чтобы не заблудиться в темноте. Шаги ее были легки и бесшумны, музыка звучала все громче, а потом к ней стали приплетаться другие звуки. Тихие женские стоны сначала показались Анджали продолжением мелодии, но стоны вступали не в такт, и Анджали почти сразу сообразила, что происходит.

О чувственной стороне жизни апсарам рассказывали по сто раз на дню. И показывали картинки, выписанные ярко и правдоподобно. Но одно дело — слушать и рассматривать плоские изображения, а другое — увидеть самой. И Анджали не смогла удержаться от искушения.

Завернув за угол, она обнаружила комнату, скрытую полупрозрачным покрывалом. По ту сторону горели лампы, а в коридоре было темно. И Анджали подошла почти вплотную, не боясь быть замеченной. Именно отсюда лилась чудесная музыка, и женские стоны слышались отчетливей. К удивлению девушки, комната оказалась маленькой, и в ней не обнаружилось десяти музыкантов с барабанами и ситарами, их не было ни одного, но музыка все равно звучала.