Книга Как не влюбиться в ведьму, страница 71 – Джо К. Тейт

— Нет, – говорит Ричард, когда я делюсь с ним своими мыслями. – Одна даже не вздумай к ней ходить. Только со мной.

Он растянулся на скамейке и что-то пишет в блокноте, хотя больше зачеркивает. Повадился каждое утро чаем меня поить, как будто пара булочек и сладкий напиток могут изменить мое мнение о его ветреной натуре.

Сначала он оставался минут на десять, потом на пятнадцать, а теперь иногда по часу сидит в моем саду, пока я вожусь с веритассией, которая никак не хочет расти – то гниет, то засыхает, то начинает терять листья. Кажется, ей не подходит ни один из существующих вариантов ускорителя роста, но ждать год, пока она созреет естественным путем, я не могу. Мне она будет нужна через пару месяцев, к началу сезона штормовых медуз. Ричард решил мне помочь и теперь перебирает формулы одну за другой.

— Ты считаешь, что Лемонни может быть опасна?

Я стаскиваю перчатки, сажусь рядом. Чай, который он мне принес, посыпан корицей, а на ободке стаканчика половинка сладкого сушеного апельсина. Клара никогда не делает просто напитки, она создает настроение. Она обычная женщина, не ведьма, но ее еда кажется волшебной. От этого чая так и веет уютом, хотя, может, дело не только в нем. Рядом с Ричардом мне всегда так спокойно…

— Она не любит чужих и никого, кроме дочери, к себе не подпускает. Последние месяца четыре в город не выбиралась. Болеет, по словам Мины.

Несколько месяцев? Что за болезнь такая? Может, она и правда магичит, но использует темные заклинания? Они отражаются и на здоровье, и на внешности.

Мысль обрывается, когда Ричард придвигается ближе и укладывает голову на мои колени. От неожиданности я едва не роняю чашку прямо ему на лицо.

— Что ты делаешь?

— Использую свою ведьмочку в качестве подушки, можно?

Он поднимает взгляд с исписанного листа на меня. Голубизна его глаз спорит с небом над нашими головами. По моему, естественно, строго объективному мнению, Ричард выигрывает.

— А угощение зачем мне носишь каждое утро?

— Потому что так я знаю, что за день ты хотя бы час отдыхаешь, а не носишься наперегонки со своими пчелами, пытаясь спасти весь город.

Я хочу уточнить, почему он называет меня «своей», но вместо этого облокачиваюсь на спинку скамейки, подставляю лицо теплым солнечным лучам. В воздухе уже пахнет осенью. Ветры, дующие с моря, стали прохладнее, а дожди случаются все чаще. Дни летят, как безумные. Без Ричарда они слились бы в один бесконечный день, как во времена моей учебы, когда я с головой погружалась в учебники и практические отработки. Он прав, этот час в день – единственный, когда я позволяю себе расслабиться.

— Кажется, я знаю, в чем дело.

Ричард начинает объяснять мудреную формулу, я возражаю, что не имею лишних десяти месяцев для подготовки почвы и нужен другой вариант, он настаивает, что этот самый эффективный. Споры о магии, обсуждения зелий и формул – моя любимая часть дня. И это противоречит моему плану не сближаться с Ричардом.

Аллошар тренькает третий раз за утро, подсвечиваясь оранжевым. Снова Малькольм. Ужасно не хочется говорить с этим придурком, но он, похоже, сдаваться не собирается. Я извиняюсь перед Ричардом.

— Все нормально, мне все равно уже пора открывать магазин. Пришли пчелку, когда решишь навестить Лемонни.