Книга Запретная формула, или Как (не)влюбиться в тёмного мага, страница 92 – Дарья Коваль

Дамиан опустил руку. Контур остановился.

Тёмные тем временем продолжили демонстрацию, словно ничего странного не произошло. По ним ударили с четырёх сторон, и защита отреагировала великолепно: уплотнилась там, где воздействие оказалось сильнее, пропустила избыточную магию по внешним линиям, перестроилась под новый тип атаки. Комиссия за столом магистров что-то быстро записывала, зрители аплодировали, Роуэн выглядел неприлично довольным. Пока тёмные сворачивали контур, а магистры обменивались впечатлениями, по трибунам начал ползти привычный гул разговоров.

А где-то слева раздался удивлённый голос:

— Что за ерунда?

Я невольно обернулась. Один из приехавших на Конференцию некромантов держал в руках свежий самолётик «Сплетника», а ещё двое заглядывали ему через плечо.

— «Триша Вайтстоун бросила оскорбления в лицо Кристиану Вейну, но стоило ли так неосмотрительно демонстрировать пренебрежение представителю старинного некромантского рода?» — прочитал он и нахмурился ещё сильнее. — Когда это вообще произошло?

— Не знаю. Я там был.

— Я тоже, — отозвался второй. — Вейн призвал кадавра.

— Кадавра я прекрасно помню, — вмешался сидевший рядом тёмный маг. — Вайтстоун там не было.

Некроманты переглянулись с таким одинаково озадаченным выражением, что я едва не захихикала. Похоже, на этот раз «Сплетнику» удалось удивить даже непосредственных очевидцев собственных новостей.

И ведь при этом достоверно известно, что «Сплетник» не врёт!

Впрочем, чужие загадки быстро отошли на второй план, стоило мне снова посмотреть на полигон.

Почему только двести три?..

Я собственными глазами видела расчёты и прекрасно знала, насколько дальше способен развернуться контур после того, как мы получили формулу Торвейна. И чем дольше я смотрела на оставшуюся после защитного купола тёмную рябь, тем сильнее становилось нехорошее подозрение.

Они не использовали формулу!

Вообще…

Поэтому, едва испытание завершилось и Дамиан вышел с полигона, я перехватила его раньше, чем он успел добраться до остальных.

— Вы не использовали формулу, — вместо поздравления заявила я и скрестила руки на груди.

После испытания его волосы растрепались ещё сильнее обычного, на виске блестела испарина, грудь под тёмной рубашкой всё ещё чуть чаще поднималась после нагрузки, а в ярких синих глазах не было даже намёка на разочарование. А я невольно засмотрелась на него до такой степени, что почти забыла всю глубину собственного предъявленного обвинения.

— Не использовали, — подтвердил он так спокойно, словно ничего странного в этом не было.

— Я заметила, — нахмурилась и, убедившись, что вокруг достаточно шумно, понизила голос. — Почему?

— Мы посовещались, — небрежно пожал плечом тёмный маг.

Я несколько секунд смотрела на него, пытаясь понять, издевается он или действительно считает это исчерпывающим объяснением.

— Вы несколько недель искали запрещённую формулу, я ради неё чуть не утонула в болоте, мы едва не погибли, втянули в это не только меня, но и Леонарда, а потом просто посовещались? — выразительно развела руками.

— Если перечислять именно так, решение действительно кажется немного странным, — задумался Вальтер.

— Дамиан! — возмущённо выдохнула я.

Он тихо рассмеялся и, прежде чем я успела отступить, поймал мою ладонь. Тёплые пальцы переплелись с моими, а большой палец скользнул по тёмному металлу браслета на запястье, отчего моё возмущение предательски потеряло часть силы.