Книга Ложь за ложью, страница 140 – Софи Става

Часы тянутся. Чтобы скоротать время, я вновь и вновь прокручиваю в голове нашу ссору с Вайолет, пока на лбу не выступает испарина, пока не намокают подмышки от жаркой духоты камеры.

Когда я зашел в спальню, она паковала вещи. Быстро, судя по бардаку: шмотки разбросаны, ящики выдвинуты. Злой не казалась. Поначалу. Суетилась, пихала что-то в сумку. Я не сразу понял, что это мои вещи. И моя сумка.

Потом она увидела меня в дверях. Уголки ее губ дернулись.

«Я хочу, чтобы ты уехал, — сказала она. — Я видела тебя с Кейтлин».

Голос был бесстрастным, как если бы она сообщила, что у нас кончилось молоко.

Это было так непохоже на ту ночь, когда она с бешеными глазами, с лицом, искаженным яростным оскалом, швырнула в меня бокал с вином. Нет, в этот раз она будто наслаждалась.

Что еще она сказала? Ах да: «Это именно то, на что я надеялась». И потом, эта мимолетная дерганая улыбка — она мелькнула и исчезла так быстро, что я решил, будто мне показалось.

«Именно то, на что я надеялась».

Почему? Почему?

Я не понимаю. Единственное, что я знаю точно: когда я выходил из дома, Вайолет была жива. Что случилось после моего ухода? Как она оказалась мертва? Вопрос долбится в черепе, как барабан.

Наконец, когда я уже готов окончательно съехать с катушек, охранник отпирает дверь камеры и ведет меня обратно в комнату для допросов. Хавьер сидит внутри, сложив руки поверх стола.

Я сажусь на стул напротив. Хавьер ожидающе улыбается.

— Ну что… — начинает он.

— Мне нужно, чтобы вы рассказали, что случилось, — перебиваю я. — После того, как я ушел. Клянусь: когда я выходил, Вайолет была жива! Кто-то вломился в дом? Ее застрелили там?

Хавьер смотрит на меня так, будто пытается понять, стоит ли отвечать или я просто морочу ему голову. Потом говорит:

— Ваша няня сказала, что слышала вашу ссору с миссис Локхарт. А через несколько минут раздался выстрел. Когда она решилась выйти из своей комнаты, то нашла миссис Локхарт истекающей кровью на полу хозяйской ванной. После приезда полиции миссис Локхарт подтвердила, что в нее стреляли вы.

Я мотаю головой.

— После ссоры был выстрел?

Хавьер смотрит в бумаги.

— Со слов мисс Карауэй. Здесь написано, что она сообщила полиции…

— Постойте! — Я поднимаю руку. Уже второй раз он произносит это имя. — Кто такая мисс Карауэй?

— Слоун Карауэй. Ваша няня.

Что-что?

— Нет, — говорю я. — Нашу няню зовут Кейтлин. Я не знаю никакой Слоун.

Хавьер достает из папки фотографию и пододвигает ко мне. На снимке Вайолет и Харпер на пляже с Кейтлин.

— Ну да, это Кейтлин, — говорю я, поднимая на него взгляд.

— Она сообщила полиции, что ее зовут Слоун Карауэй, — пожимает плечами Хавьер. — Уверен, что у нее проверили документы.

Я снова смотрю на фото. Слоун Карауэй? Но тогда зачем она сказала нам, что ее зовут Кейтлин?

— Послушайте, — говорит Хавьер. — Дело против вас практически железобетонное. Сегодня утром от прокурора пришло письмо. Нашли оружие, из которого стреляли в миссис Локхарт. Отпечатков нет, но номер пробили. Оно зарегистрировано на ваше имя. Я понимаю, вы не хотите признавать вину, но с учетом показаний мисс Карауэй…

— Вайолет этот пистолет подарила мать! Я его даже в руках ни разу не держал! — Мой голос срывается. — Я не буду признавать вину. Не могу. Я этого не делал.