Книга Фантомный свидетель, страница 47 – Алексей Градов

Ярость оказалась лучшим стимулятором, чем любой амфетамин. Она выжгла остатки паники, оставив в голове звенящую, кристально чистую пустоту, в которой алгоритмы выживания работали с безжалостной эффективностью.

Краснов действовал на чистых рефлексах оперативника. Он сгреб пять упаковок галоперидола, фальшивый рецепт с печатью Ливанова и издевательскую записку с фиолетовыми чернилами, запихнув всё это в плотный мусорный пакет. Улики против него самого теперь стали его единственным страховым полисом.

В прихожей, на верхней полке шкафа-купе, лежал его «тревожный чемоданчик» — неприметная спортивная сумка, которая есть у каждого сотрудника убойного отдела на случай экстренных командировок или казарменного положения. Илья вытряхнул из нее смену белья и бритвенные принадлежности, сунул внутрь пакет с таблетками, бросил туда же свой служебный жетон, запасную обойму (ту самую, без двух патронов, которую он забрал из сейфа) и пачку долларов.

Тяжелое влажное пальто он оставил валяться на полу. Взял с вешалки неприметную черную ветровку. Накинул капюшон.

Счет шел на секунды. Он не пошел к лифту. Он метнулся к черному ходу, который вел на пожарную лестницу, опоясывающую внутренний двор-колодец. Старая железная дверь, запертая на навесной замок, поддалась не сразу, но Краснов знал секрет: нужно было с силой ударить плечом в левый верхний угол, где прогнила петля. Раздался скрежет, дужка замка выскочила из хлипких пазов, и Илья выскользнул на ржавую металлическую решетку балкона.

В лицо ударил холодный ветер, принесший запах мокрого рубероида и гниющих листьев.

Следователь начал быстро, бесшумно спускаться по скользким металлическим ступеням. На уровне второго этажа он услышал то, чего ожидал. Во двор, со скрежетом чиркнув днищем по высокому поребрику арки, вкатился тонированный микроавтобус «Фольксваген» без номеров. За ним, хищно урча мотором, въехал гражданский черный седан.

УСБ. Они не стали ждать сорок минут. Система Фомина либо сработала быстрее, либо кто-то запустил маховик захвата вручную, даже не дожидаясь официальных результатов баллистики.

Из микрика горохом посыпались люди в черной экипировке без опознавательных знаков. Тяжелые ботинки загрохотали по асфальту. Трое метнулись к парадной, двое перекрыли арку. Илья замер, вжавшись в нишу между грязной кирпичной стеной и ржавым мусоропроводом. Если кто-то из них сейчас поднимет голову, его снимут с лестницы одним метким выстрелом.

Но спецназ работал по скрипту: блокировка выходов, штурм квартиры. Им не пришло в голову искать цель на пожарной лестнице до начала обыска.

Краснов дождался, пока железная дверь парадной с грохотом захлопнется за штурмовой группой, и мягко спрыгнул с последнего пролета прямо на крышу кирпичного гаража-пристройки. Оттуда — на капот чьей-то брошенной «Газели», а затем на асфальт соседнего двора.

Он шел быстрым шагом, натянув капюшон пониже, сливаясь с утренней толпой спешащих на работу петербуржцев. Его служебная «Лада» осталась брошенной у арки, ключи лежали в кармане, но машина теперь была для него гробом на колесах — ее номер уже наверняка светился во всех базах перехвата.

В кармане завибрировал телефон.

Илья нырнул в спасительный полумрак подземного перехода на станции метро «Петроградская». Он достал аппарат, ожидая увидеть номер Фомина или Марины.