Книга Там, где кончается асфальт, страница 80 – Алексей Градов

Третья попытка. Вера вдавила кнопку стартера до упора, одновременно чуть-чуть, буквально на миллиметр, приоткрыв дроссельную заслонку курком газа. Стартер взвыл, двигатель судорожно дернулся, захлебнулся, и вдруг, с оглушительным, яростным, спасительным ревом прорвавшегося зажигания, двухцилиндровый агрегат ожил. Мощная, ритмичная вибрация четырехтактного мотора мгновенно передалась через жесткое седло прямо в ее тазовые кости и стиснутые колени, наполняя тело первобытной механической энергией. Из выхлопной трубы прямо в лицо подбегающему Вадиму ударила густая струя едкого, токсичного сизого дыма, пахнущего несгоревшим бензином. Вера левой ногой, жестко, с металлическим лязгом ударила по рычагу селектора передач, вгоняя механизм в положение переднего хода «High». Одновременно ее палец щелкнул тумблером головного света.

Две мощные галогенные фары на переднем багажнике квадроцикла вспыхнули ослепительным, хирургически белым, разрезающим метель светом. Сдвоенный луч ударил в упор, с расстояния трех метров, прямо в израненное, багровое лицо ликвидатора. Вадим, чьи зрачки были максимально расширены в темноте, рефлекторно, с хриплым криком отшатнулся назад, ослепленный до полной потери пространственной ориентации, и инстинктивно вскинул левую руку, закрывая выжженную сетчатку. Нож в его правой руке бесполезно рассек морозный воздух. Вера до упора, до боли в суставе большого пальца вдавила курок газа. Трехсоткилограммовая машина, взревев на максимальных оборотах, вздыбилась на задних амортизаторах. Широкие шины с агрессивным грунтозацепом с визгом провернулись на месте, выбрасывая из-под себя фонтаны ледяной грязи и щепы, и квадроцикл сорвался с места, подобно выпущенному из катапульты снаряду. Вера выкрутила руль вправо, уходя от прямого столкновения с фигурой Вадима, направляя тяжелый, усиленный стальным кенгурятником бампер прямо на хлипкий, сколоченный из тонких жердей забор кордона.

Удар был сокрушительным. Промерзшие, гнилые жерди забора разлетелись в щепки с оглушительным треском, не оказав многотонной инерции летящего квадроцикла ровным счетом никакого сопротивления. Куски дерева ударили по пластиковому обвесу и отскочили в сугробы. Квадроцикл, тяжело перевалившись через остатки ограждения, вылетел за периметр двора, в абсолютную, чернильную, ревущую тьму нетронутой лесной просеки. Вера вжалась всем телом в рулевую колонку, пригибая голову к самому баку, чтобы не быть сбитой низко висящими, покрытыми льдом еловыми лапами. Сзади, быстро растворяясь в плотной, вращающейся снежной пелене, оставался пылающий, выбрасывающий в черное небо снопы искр кордон, крики ослепленного убийцы и весь тот кошмар, который она только что оставила за спиной. Впереди была только слепая, изрезанная занесенными колеями тайга, бьющий в лицо штормовой ветер и бесконечная, отчаянная гонка на выживание, где каждый метр пройденного пути измерялся ударами ее бешено колотящегося сердца. Точка невозврата пройдена окончательно.

Разлетающиеся в мелкую, сухую щепу гнилые, промерзшие насквозь жерди старого забора с оглушительным, пулеметным треском отскочили от массивного стального кенгурятника, когда тяжелый, грязно-зеленый утилитарный квадроцикл «Polaris» на полном, неконтролируемом газу вырвался за пределы внутреннего периметра пылающего кордона. Передние колеса, обутые в широкие шины с агрессивным, глубоким грязевым грунтозацепом, с размаху, с тяжелым, влажным чавканьем обрушились в занесенную толстым слоем свежевыпавшего снега глубокую лесовозную колею. Машина мгновенно, потеряв твердую, укатанную опору двора, начала бешено, непредсказуемо рыскать из стороны в сторону, отчаянно пытаясь нащупать надежное сцепление с грунтом в этой рыхлой, пропитанной ледяной водой и скрытой под снежной шапкой каше. Широкие протекторы, вращающиеся на запредельных, истеричных оборотах, с остервенением вгрызались в снежную массу, пробивая ее до самого промерзшего основания, и с омерзительным, режущим слух визгом заскользили по скрытому под толщей черного льда гладкому гранитному валуну. В раскаленный от внезапной пиковой нагрузки моторный отсек, агрессивно перебивая густой запах березового дыма и горящего за спиной дома, тут же ворвался едкий, токсичный, удушливо-химический запах жженой резины и перегретого фрикционного материала. Бесступенчатая трансмиссия, совершенно не рассчитанная на такой мгновенный, варварский перепад крутящего момента в условиях нулевого коэффициента сцепления, захлебнулась высоким, надрывным, срывающимся на пронзительный ультразвук визгом перегруженного вариаторного ремня. Этот полный механической боли, вибрирующий звук резонировал прямо в тазовых костях Веры, намертво, до побеления фаланг вцепившейся в жесткие резиновые грипсы руля. Двухцилиндровый двигатель, зажатый между ее сведенными жестокой судорогой коленями, бился в металлической лихорадке, передавая жесткую, зудящую дрожь через холодное дерматиновое седло прямо в позвоночник, заставляя мышцы спины каменеть от непрерывного, изматывающего статического напряжения.