Книга Убить любой ценой, страница 17 – Марина Серова

— А емкость?

— Ну, это вряд ли. Это же не вчера произошло. Преступник наверняка уже давно избавился от этой улики. А вот повредил он бачок с тормозной жидкостью, скорее всего, ночью. Парень этот, племянник предпринимателя, видимо, даже и не догадывался ни о чем. И, конечно же, ничего не стал проверять. Разве ему могло прийти такое в голову? Поэтому он ехал как ни в чем не бывало и, видимо, на приличной скорости. А жидкости в бачке уже не было. И, когда ему нужно было затормозить, случилась авария. По крайней мере, в том случае, о котором я вспомнил, именно так все и было, — закончил Владимир. — А вообще, такие убийства тщательно планируются и так же тщательно готовятся, — добавил Кирьянов.

— Да уж…

— В общем, Тань, будь осторожна. Преступники пойдут на все, если они уже провернули такое с машиной предпринимателя, — напутствовал Владимир.

— Да буду, Володь, буду, — пообещала я.

— И звони, если что пойдет не так, — продолжал Кирьянов.

— Ладно. Позвоню.

— Ну, тогда пока, Тань.

— Пока.

Я вышла из Управления полиции, села в свою машину и поехала домой. Необходимо было собрать чемодан — не могла же я приехать в особняк с одной сумкой! — а также отключить газ и перекрыть воду.

Я открыла входную дверь своей квартиры, и тут же из соседней появилась Марианна Васильевна. Эта женщина уже вышла на пенсию, но была бодрой, деятельной и энергичной. Марианна Васильевна всегда находилась в курсе всех новостей нашего многоквартирного дома и с удовольствием делилась ими со всеми соседями.

— О, Тань!

— Добрый вечер, Марианна Васильевна, — поздоровалась я с соседкой.

— И тебе добрый, Тань. Слышала?

Тут Марианна Васильевна сделала немного непонятное выражение лица: то ли скорбь, то ли, наоборот, радость.

— О чем, Марианна Васильевна? — спросила я.

— Так ведь Елизарова умерла.

— Эта та, которая является членом правления нашего жилищного кооператива? — уточнила я.

— Точно!

Елену Елизарову — небольшого росточка, сутулую и хромоногую от рождения шестидесятидвухлетнюю, крашенную под брюнетку женщину — знал весь дом. Каждый день она выходила со своей заливисто лающей собачонкой во двор и ковыляла с палочкой на пространстве в несколько метров. Еще Елизарова, без преувеличения, заправляла всеми делами нашего кооператива. Так, с ее подачи у нас был ликвидирован мусоропровод, который верой и правдой служил жильцам более пятидесяти лет. Но Елизаровой он не понравился, она называла его рассадником крыс, и, вопреки всему, ей удалось обманом добиться его уничтожения: загрузочные камеры просто-напросто заварили. Потом ей в голову пришла совершенно безумная идея с погребами, потом — еще что-то. Но начала она свою деятельность с того, что выжила прежнего председателя кооператива — хозяйственную Веру Владимировну. Она ее просто затравила, потому что знала: пока Вера Владимировна является председателем — Елизаровой в правлении не быть.

Елену Елизарову за глаза называли и «серым кардиналом», и «Хозяйкой Медной горы», и «Маленькой хозяйкой большого дома», и «Леной, которая на лавочке». Последнее прозвище Елизарова получила за то, что все время восседала сначала на бетонном выступе около подъезда, а потом — на садовой скамейке, которую руководство района поставило во дворе. И, наконец, Елизарова прославилась своей неуемной страстью к сигаретам. Она курила даже в подъезде, отравляя жильцов табачным ароматом, за что ее прозвали «табачной вонючкой».