Книга Лис. Тени моего сердца, страница 131 – Марина Альте

Ну, хули делать.… Поднимаюсь. Медленно, даже лениво. Ебашиться с ним сейчас — вообще не в кайф. Во-первых, он ещё дохлый, интереса ноль. Во-вторых, надо как-то гасить то землетрясение, что между нами произошло.

— Отойди от неё! — рычит Оникс, подлетая и хватая меня за грудки.

Отбиваю его лапищи — жестко, наотмашь. Оникс, сука, точно на рожон лезет. Глаза безумные, яростные, оскал такой, что хоть сейчас в клетку запирай. Ахуенная почва для спарринга! Мысли о его ранах улетают в трубу — раз орёт, значит, живой.

И только я замахиваюсь, чтобы прописать ему лечебный хук, как между нами просачивается этот одуванчик. Крохотная такая, застряла между двумя скалами, реально как карлик в стране великанов.

— Слава! Прекрати! — верещит она, перекрывая наш рык. — Всё в порядке! Престань сейчас же!

Оникс нехотя отшатывается. Наша немая дуэль продолжается: мысленно мы уже друг другу рожи начистили, хотя по факту стоим и пыхтим как два паровоза.

— Какого хуя?! — Оникс сверлит девчонку взглядом, будто она его предала.

— Мы просто общались! По-дружески! — оправдывается мелкая.

— По-дружески… — выплёвывает он с таким скепсисом, что я едва не хмыкаю.

Не верит. Это ясно как божий день. Но я, бляха, оправдываться не нанимался. Пусть сам со своей истинной разбирается.

— Да, Слава! Представь себе, люди иногда просто болтают! — не унимается Даша.

Этот момент прошибает меня сильнее, чем прямой в челюсть. Смотрю на Оникса и вижу не просто злого волка, а торчка, которому перекрыли кислород. Он на свою малую не охотится — он ею дышит. В каждом его жесте, в этом бешеном, лихорадочном взгляде сквозит такая зависимость, что мне становится тошно.

Потому что в этом зеркале я вижу себя. Свою собственную внутреннюю бурю, которая сейчас в щепки разносит мои нервы.

Неужели, сука, я реально втюрился в эту копшу? В Асю? В бабу с жетоном, которая должна меня за решётку упаковать, а не в снах являться? Это же сюр какой-то, ад в чистом виде!

Понимаю: если сейчас не уйду, либо Ониксу морду вскрою просто от злости на самого себя, либо выплесну всё, что внутри клокочет. А мне свидетели не нужны.

— Пойду, пожалуй, — бросаю я максимально безразлично, хотя внутри всё горит.

Разворачиваюсь и валю прочь, не дожидаясь приглашения.

— Проваливай! — летит мне в спину рык Оникса.

Иди к чёрту, бро. Тебе повезло — твоя «проблема» хотя бы сидит рядом на лужайке, а моя — шьёт мне дело и не выходит из башки.

Влетаю в комнату, на ходу вскрывая переписку с моим «глазком» в отделе. Информатор, шут гороховый, настрочил целый отчет, будто я веду хроники жизни святой великомученицы.

«Анастасия Павловна уехала в 12:40. Сказала на встречу. С кем — не объяснила»

«Прибыла в отдел в 13:25. Немного нервная. Пила кофе»

Нервная она, бляха! Так тебе и надо, коза строптивая, меньше будешь хвостом перед законом крутить! И я скалюсь, как мудила. Не одному мне хуёво, это заебаче!

Но тут падает финальный аккорд:

«Совещание у Зотова в 16:20. Пришло постановление на проверку от СБ. Анастасию Павловну отстранили от текущих дел. Уехала домой злая»

Сука!

Это же отличные новости, да? Должен же я сейчас по идее праздновать — враг обезврежен, хвост ей прижали. Но внутри вместо радости поднимается такая волна раздражения, что легкие обжигает. Вулкан на стадии «сейчас рванёт так, что пол-города накроет».