Книга Я тебя не любил..., страница 208 – Даша Коэн

Что-то, где не будет отдельно моих эгоистических желаний и уродливого прошлого, мешающего нам двигаться вперед. Что-то, что мы будем одинаково с тобой ценить, уважать и любить. Вместе.

— И… — голос все же меня подвел и пропал.

— Что? — с надеждой всмотрелся в меня Паша.

— С чего бы ты начал, если бы я вдруг согласилась снова начать с тобой общаться? — у меня зуб на зуб не попадал от расшалившихся нервов и какой-то зашкаливающей радости. Но мне было плевать.

Тут какое-то предновогоднее чудо происходило. А, может, я просто давно спятила и загремела в психушку.

Пофиг.

Дайте еще!

— Ну, — нерешительно улыбнулся мне Сенкевич, а затем едва ли на месте не подпрыгнул, — я, вообще-то, много чего приготовил.

И потянулся к своей сумке, что убрал на багажную полку.

— Тут вот гляди.., — принялся демонстрировать он мне ее содержимое, а у меня душа выла, так как я отчетливо видела, как подрагивают его пальцы.

Он волновался.

И так хотел мне понравиться. Он ведь еще не знал, что я любила его всем сердцем.

— Я накачал на планшет штук сто-пятьсот фильмов на любой вкус. А еще захватил карты. И вот — мини-нарды тоже. И кешью в шоколаде — ты же любишь. И еще составил план, какие темы мы могли бы с тобой обсудить, пока летим. Черт, а где он? Был же где-то здесь. Ах, вот же, — и Паша потряс в воздухе сложенным листом, а я рассмеялась.

А затем внезапно расплакалась.

А Сенкевич тут же сгреб меня в охапку и прижал к себе, кутая в свои объятия. Такие нужные мне и такие любимые. Такие бесценные в этой жизни, которую мы оба так критически усложнили.

А теперь вот — рискнули избавиться от всего мусора и грязи, что мешала нам быть вместе.

— Прости меня, Анюта. Прости!

— И ты меня тоже, Паша.

— Не за что прощать, малышка. Это жизнь.

— Так было нужно, да? Вот так, чтобы все потерять, Паш? Чтобы настолько больно?

— Да. Иначе бы снова ничего не вышло. Теперь все будет правильно. Ты только позволь мне это сделать. И я тебя не подведу. Обещаю.

И был девятичасовой полет. И фильмы были. И игристое лилось рекой.

А потом была посадка. И каким-то магическим образом один на двоих трансфер до отеля тоже был, где нас с Пашей поселили в соседние бунгало. Я качала головой, а он смотрел на меня заворожено и нежно. Пожимал плечами и немного стеснительно отвечал, что «чуть шизанулся от любви, но это лечится».

Дальше было все, как он и сказал.

Совместные экскурсии. Прогулки вдоль бесконечной пляжной полосы. Купание вместе. Ужины под луной. Бесконечные разговоры. И Новый год, который мы отмечали тоже вместе.

— что ты загадала? — спросил меня Паша.

— А ты? — улыбнулась я ему.

— Чтобы ты согласилась сходить завтра со мной на свидание.

— Ну это сильно.

— А ты?

— чтобы ты наконец-то меня уже поцеловал, — рубанула я и замерла, а потом увидела, как изменился Сенкевич.

Подобрался весь. Потемнел. Черты лица заострились.

Но уже спустя пару секунд он лишь встряхнул сам себя и будто бы стыдливо опустил глаза. А у меня внутри все оплавилось от тягучего и горячего сахарного сиропа, которым я была, будто бы заполнена под завязку.

И сердце пело.

И душа нараспашку.

И жить хотелось. Господи, как же хотелось жить. Рядом с правильным человеком все чувства на максимум. Все ощущения на пределе! И тело накачано не кровью, а концентрированным адреналином только потому, что Паша просто переплел наши пальцы.