Книга Я тебя не любил..., страница 61 – Даша Коэн

— А в меньшинстве? — закусила я губу, словно губка, впитывая все то, что говорил мне Павел.

— Правильный вопрос, — щелкнул он пальцами. — Потому что этим меньшинством ты и должна стать.

— А именно?

— Ты должна стать хищницей, Аня. Перестать любить все то дерьмо, что к тебе прибивается. И начать любить лишь одного человека в этом мире.

— Себя? — догадалась я.

— Верно. Только себя. Потому что ни один мужик не стоит того, чтобы делать из него кумира.

— А как же семья, Паш? Как же настоящие чувства? Как же верность и преданность, опора и поддержка? Где все это окажется, если я превращусь в чертову эгоистку, которая топчет под ногами мужские сердца?

— Какая занятная философия, моя милая, — рассмеялся Павел, а затем в моменте сделался серьезным, ударяя меня закономерными выводами, после которых мне больше не хотелось с ним спорить. — И она бы сработала. Но это не я придумал: с волками жить, по-волчьи выть.

— А я…

— А ты глупый кролик, который сунулся в логово к Серому Волку, наивно веря в то, что он тебя не сожрет.

— Но как мне его разлюбить, Паш? Лекарство от разбитого сердца и женской глупости ведь еще никто не придумал, — тяжело вздохнула я, понимая, что обречена.

Но сидящий напротив мужчина считал иначе.

— На твое счастье, у тебя есть я. Так что, слушай меня внимательно. Делай, как я тебе говорю, и у все получится, — выдал и подмигнул мне, отчего все мое тело обсыпало колючими мурашками.

Небольшая передышка дала мне немного собраться с мыслями и прийти в себя, пока официант расставлял перед нами ненужную еду и очень нужный чайник с ромашковым настоем. Я тут же налила себе полную чашку чуть трясущимися руками и жадно к ней присосалась, пытаясь немного усмирить разбушевавшееся за ребрами сердце.

Все же я собиралась решиться на эту сумасшедшую авантюру. Одно дело давиться жгучими слезами ночами в подушку и свято верить в то, что однажды божественные силы сами покарают Игната Лисса за его предательство. И совсем другое — собственными руками взяться за правосудие.

— Хорошо, — сипло прокаркала, ощущая в теле такой нервный озноб, что зуб на зуб не попадал, — и с чего нужно начать?

— С уверенности в себе, — сказал, как отрезал Паша, а я улыбнулась и пожала плечами.

— Но я уверена!

— Нет — отрицательно и безапелляционно дернул он подбородком, — не уверена.

Ты не любишь себя, не уважаешь и не ценишь. Точка.

— Да с чего ты это взял? С того, что я так одеваюсь? — насупилась я, но он тут же мне все разложил по полочкам.

— Твоя одежда тут совершенно ни при чем, Аня. Это только наивные дуры, слизывающие типа стильные луки с модного глянца, верят в то, что все зависит от тряпки. Но это совершенно не так, моя хорошая. Не тряпка красит женщину, а наоборот. Да и, возможно, лет так через десять кто-нибудь авторитетный решит, что твои безобразные юбки — это круто. И понесется пизда по кочкам.

— Тогда я тем более не понимаю, о чем ты говоришь. Мне удобно. мне комфортно.

мне…

— Пока кайфу в своей убогой норе, — закивал мой собеседник, — да, да, и еще раз да, но ты меня не слушаешь! Забудь обо всем и просто попытайся понять. Хорошо?

— да, — кивнула я и стиснула пальцы.

— Отлично. Так вот. Если мы выйдем прямо сейчас на улицу и увидим то, как одевается современная женщина, то, скорее всего, придем в ужас. Платья с кроссовками. Безразмерные, свисающие с плеч мужиковатые пиджаки. Туфли с квадратными носами. Гульки на прилизанных соплями волосах. Невообразимые копыта вместо ногтей. Чем они в этом отвратительном многообразии лучше тебя?