Книга Ведьмы Шервудского леса, страница 145 – Ксения Шкуренко

Я попыталась понять, где нахожусь. Вокруг было достаточно темно, лишь узкие полосы света пробивались сквозь щели откуда-то сверху. Каменные стены помещения были покрыты мхом и плесенью.

Подвал.

Воздух был спертым, густым от сырости, ужасно воняло сероводородом, словно здесь стух не один десяток яиц.

Я попыталась сесть. Руки дрожали, тело не слушалось, но мне удалось упереться локтями в пол и подняться.

Приняв сидячее положение, я замерла.

Рядом со мной что-то лежало.

Я медленно повернула голову, цепляясь за остатки самообладания. Один Асмодей знает, как мне не хотелось этого делать.

Черт…

Черт. Черт!

То, что я увидела, сорвало с меня остатки оцепенения. Из горла вырвался крик, заметавшийся эхом между каменных стен.

Женское тело. Оно лежало в нескольких шагах от меня, на том же холодном камне. Кожа стала серой и местами отслаивалась от мертвой плоти крупными лоскутами. Лица почти не было. Глаза впали, щеки обтянули череп, губы почернели и потрескались.

И запах.

Теперь я понимала, что все это время чувствовала именно его. Гнилостный, тошнотворный запах разложения, который я сначала списала на сырость, теперь бил в нос с такой силой, что меня едва не вырвало.

Я инстинктивно отползла назад, но взгляд отвести так и не смогла. Я знала, кто это. Я не хотела видеть ее вновь, безрукую, изувеченную, почти лишившуюся головы.

Олимпия.

Вид у нее теперь был куда страшнее, чем в сентябре.

Меня все же вырвало. Дерьмо.

Желчь, кислая и горькая, обожгла горло. Я вытерла рот тыльной стороной ладони, лишь размазав привкус по губам. Теперь подвальный запах сделался еще омерзительнее.

Я попыталась вспомнить, как я здесь оказалась.

Бал. Музыка. Люди. Я танцевала с Киллианом. Потом пошла к Присцилле. Она сказала, что хочет поговорить. Мы вышли в коридор. А потом... Потом что-то ударило меня по голове.

От подвальных стен отразился новый звук. Сначала скрип, а затем и шаги.

Я осмотрела помещение. Ни дверей, ни мебели, только ступени напротив, уходящие куда-то вверх к источнику света. Туда, откуда теперь кто-то спускался ко мне.

Я попыталась подняться. Ноги не слушались. Я оперлась на стену, чувствуя, как плесень прилипает к ладоням. Колени дрожали, но я встала.

Шаги стихли, когда внизу лестницы появился силуэт. Свет бил ему в спину, оставляя лицо в тени. В одной руке человек держал фонарь, и его свет просачивался сквозь пальцы, высвечивая розовый подол платья. Я узнала его раньше, чем услышала голос. Знакомый и родной. Тот, который я слышала почти каждый день последние пять лет.

— Жива? Не переживай, это ненадолго.

Я смотрела на Присциллу и не могла поверить, что это она.

— Что происходит, Сил? — спросила я, вспоминая, кто все-таки врезал мне по затылку.

Присцилла подошла ближе, и свет фонаря упал на тело Олимпии. Она даже не поморщилась. Даже не посмотрела в ее сторону.

— Пришло и твое время платить по счетам, Люси, — ответила она с таким безумно веселым выражением в голосе, что все волоски на моей коже встали дыбом. — Не тупи, ты ведь шестая, помнишь?

Она сделала еще один шаг и оказалась передо мной. Я почувствовала запах ее сладкий духов. Он смешивался с вонью разложения, создавая настолько отвратительную смесь, что желудок снова свело.

— Я ни у кого не занимала, чтобы платить, — возразила я, стараясь не показывать страха своей лучшей подруге.