Книга Ведьмы Шервудского леса, страница 99 – Ксения Шкуренко

— Осталось три камня, — сказал Кавальере. — Ты справишься.

— Веди меня, — всецело доверилась ему я.

КИЛЛИАН КАВАЛЬЕРЕ

Я смог выдохнуть, как-только Принц сделала последний слепой шаг и оказалась на противоположном берегу. Когда я ступил на твердую землю, оставляя трясину позади, Люсильда уже сорвала с глаз повязку. Наши взгляды встретились, и Принц широко улыбнулась, приковав к себе мое внимание.

— Мы справились! — повторяла Люсильда, вновь и вновь подпрыгивая на месте от радости. — Мы справились!

Я впервые видел ее такой открытой и счастливой. Ей было нелегко довериться мне — потомку Люцифера, но она сделала это. Переборола себя и блестяще справилась с испытанием.

На миг я даже растерялся, что было мне абсолютно не свойственно, когда Принц внезапно обняла меня в порыве эмоций. Но стоило мне сообразить, что нужно обнять ее в ответ, как Люсильда резко отстранилась, словно только теперь поняла, что натворила.

— Нет, так не пойдет, — возразил я, хватая Принц за локоть. — Если ты думаешь, что можешь сбегать всякий раз, когда вдруг понимаешь, что не испытываешь ко мне отвращения, то ошибаешься.

Люсильда удивилась, словно я озвучил то, о чем думала она сама.

— Я не сбегаю, — сказала она, бесстрашно смотря в мои глаза. — Просто иногда лучше уйти, чем оставаться и делать глупости.

— А если я хочу, чтобы ты осталась и делала глупости?

Она на мгновение замерла, а потом фыркнула, но в этом звуке уже не было привычного раздражения.

— Брось, Принц. Думаешь я не испытываю противоречивых чувств рядом с тобой? Люцифер милостивый, конечно, испытываю. Но я не применяю тактическое отступление, пытаясь балансировать на грани. Делай или не делай, никаких попыток — вот мой принцип.

Принц усмехнулась:

— Не твой, а магистра Йоды.

Я отпустил ее локоть и махнул головой в сторону, предлагая продолжить путь.

— Тогда нам как минимум нужно восстановить справедливость, — сказала Принц, когда мы двинулись дальше в лес.

— И что это значит?

Люсильда сунула руки в карманы пальто и, глядя прямо перед собой, ответила:

— Ты знаешь обо мне слишком много. Пора и тебе отвечать на неудобные вопросы.

Я понятия не имел, что именно Люсильда собирается у меня спросить, но был готов ответить на все.

Прежде я не заводил друзей, которым можно было доверить сокровенное. Не заводил отношений, в которых требовались бы откровенность и прозрачность. Ни у кого не было рычагов воздействия на меня, даже у собственных родителей. Поэтому мою внезапную искренность с Принц вполне можно было считать отдельным перформансом.

— Валяй, — я пожал плечами. — Спрашивай, что хочешь.

Между нами воцарилась тишина.

Солнце уже поднялось достаточно высоко, чтобы пробиваться сквозь кроны пушистых деревьев. Яркий, но почти не греющий свет ложился на землю золотыми пятнами, дрожащими на опавшей листве. После ночного дождя воздух стал чистым и свежим; пахло мокрой землей и хвоей, но я все равно ощущал легкий яблочный аромат, исходивший от Люсильды. Где-то вдалеке перекликались птицы, и их голоса чуть размывали тишину леса.

Мы переступали через разросшиеся корни, а я то и дело отодвигал надоедливые ветки деревьев, чтобы они не хлестнули Принц по лицу.

— В сторожке ты говорил про собак, — наконец произнесла она. — Что собаки заботятся о своих детенышах лучше многих людей. У тебя проблемы с родителями?