Книга Багряное королевство, страница 82 – Робин Д. Мейл, Эль Мэдисон

В тот день он спас мать, отца и двух их детей, отдав собственную жизнь, когда пошел за бабушкой ребятишек. Они поклялись, что никогда не забудут, как он заплатил за их жизни ценой своей собственной.

По щекам сестры нескончаемым потоком струились слезы, но она высоко держала голову. У меня лицо тоже было мокрым, как и у всех остальных.

Давин отошел от колонны. У нас не было определенного порядка. Близнецы по очереди произнесли свои речи, после них слово брали мама и Маккиннон. Я оставила Эвандера и направилась к колонне.

— Мак погиб, когда спасал чью-то жизнь в последний раз, но это определенно был не первый такой случай, – сказала я. – Он был таким самоотверженным, так или иначе спасая всех. Когда он не ставил себе задачи наделить родным кровом каждого сироту в деревне, он выручал нас по мелочи. Он спасал меня. – Я сглотнула вставший в горле комок. – От самой себя, от мятежников, напавших на нас по дороге, от старых придворных развратников.

Тут все, включая Маккиннона, усмехнулись.

— Поэтому, хотя мне страшно жаль, что мой старший брат ушел от нас, я понимаю, что, будь у него выбор, он всякий раз выбирал бы одно то же. За Мака! – Я подняла свою флягу, и все домашние последовали моему примеру, повторяя мои слова.

Я вернулась к Эвандеру. Он молча взял меня за руку, нежно сжав мою ладонь. Тети и дяди тоже произнесли по несколько слов. А затем пришел черед Авани.

Когда она вышла к колонне, в комнате повисла неправдоподобная тишина.

Ее изумрудные глаза блестели в освещенном свечами зале, руки дрожали, но голос звучал на удивление спокойно.

— Говорят, что самый печальный момент в жизни – когда тот, кто подарил тебе лучшие воспоминания, сам остается только в твоей памяти… – Она умолкла, откашливаясь. Прежде чем она продолжила, у нее вырвался тихий, мучительный стон. – И это правда.

Авани обернулась к колонне, проведя пальцами по выпуклым буквам имени –Арран Колин Маккиннон.

— Но хотя бы это у нас осталось. – Она подняла свою флягу, как и все мы. – За Мака!

Мы снова выпили за него, а последнее слово произнес папа, предварительно передав малышку Элли маме.

— Предстоящий день всегда длиннее года прошедшего, – напомнил отец старую поговорку, подходя к Авани и обнимая ее за плечи. – Выпьем же за предстоящие дни, когда боль утихнет, а воспоминания будут приносить только радость.

Он ободряюще прижал ее к себе и в последний раз поднял флягу. Все повторили за ним, еще раз выпив в память Мака, за произнесенные отцом слова.

Пусть иногда казалось, что такие дни не настанут никогда.

После поминального торжества мы всей компанией отправились в любимую таверну Мака, где мы заплатили, чтобы закрыть заведение до конца дня и побыть одним.

Пошли все, кроме Авани, которая так и осталась у памятного камня. Я кивнула маме, давая понять, что тоже останусь, а Галлахер положил руку на плечо Эвандеру и повел его прочь с остальными.

Когда я вернулась в мавзолей, Авани сидела, прислонившись спиной к стене и подтянув колени к груди. Я опустилась рядом, повторяя ее позу.

— Не странно ли, что мы связываем его с этим пустым камнем? – спросила она. – Нет ни тела, ни праха, который можно развеять.

— Ну, праха там было достаточно, – поправила ее я. – Только он смешался с пеплом от сгоревшего дома.