Книга Сезон урожая, страница 57 – Бринн Уивер

Я жмурюсь. Рыцарь Правды может быть и не в курсе, несмотря на то, как он пытается представить все в сети. Однако интуиция подсказывает мне, что он охотник, и лишь вопрос времени, когда он пойдет по следу, ведущему прямо к нашему порогу. И что тогда? Сколько дней пройдет, прежде чем он найдет Харпер и заговорит с ней, как Сэм в театре? А там и до разоблачения всей ее хрупкой жизни рукой подать.

Закрываю форум и перехожу к сообщениям, открывая недавнюю переписку с моей младшей сестрой Амелией.

Привет, засранец. Надеюсь, ты отлично проводишь отпуск у моря. Лови солнышко.

Может, найдешь подружку?

Ты еще помнишь, что это такое?

Я задумчиво стучу пальцем по краю телефона. Догадываюсь, почему она пишет. Мы приближаемся к годовщине той аварии. И я всегда делаю так, чтобы не находиться дома в этот период. Каждый раз уезжаю в «отпуск», вычеркивая очередное имя из списка. Честно говоря, не выношу скорбных лиц родственников. О моей ежегодной охоте они, конечно, не знают, но в курсе, что я не выдерживаю чувства вины за то, что выжил. Особенно в это время года. Что бы они ни говорили, как бы крепко ни обнимали, какими бы ободряющими ни были усталые улыбки, их заверения никогда не приносят мне успокоения.

Сначала хочется отложить телефон, но я борюсь с этим чувством и набираю ответ.

Что такое солнышко? Ага, пока помню.

Моя сестра – сова, поэтому отвечает мгновенно.

Я, блин, явно имела в виду подружек, придурок. Сколько ты уже не был с женщиной?

НЕ ХОЧУ говорить об этом

с МЛАДШЕЙ СЕСТРОЙ.

Ну а я не хочу говорить об этом со СТАРШИМ БРАТОМ,

но волнуюсь, что ты либо сбежишь в монахи, либо от

отчаяния заделаешь ребенка одной из своих бывших.

Только не Жизель. КТО УГОДНО, только не Жизель.

Я усмехаюсь, а Харпер ворочается рядом со мной.

Бывшие меня не интересуют.

И в монахи тоже не собираюсь.

То есть ты встретил девушку???

БОЖЕ, ты должен пригласить ее на свадьбу

Корри 24 июля. Ты же приедешь, да?

Блин. Не хочется думать о возвращении в Теннесси – так же, как о «Следопытах», или поисках, или Йетсе. Весь мир, кажется, пытается вытащить меня отсюда и орет, чтобы я уезжал, а я хочу лишь одного – остаться с Харпер.

Сердце скребет по ребрам от этих навязчивых мыслей. Я быстро печатаю сестре «спокойной ночи», затем заставляю себя положить телефон на тумбочку и попытаться отпустить то, что не могу изменить в час ночи. Вместо этого сосредотачиваюсь на том, что могу видеть и трогать, что реально и присутствует здесь и сейчас. На Харпер.

Я долго смотрю на нее, впитывая запах и комфорт ее ровного дыхания. Знаю, она увидит те же уведомления на форуме, когда проснется. Еще знаю, что она создана сражаться с волками, которые окружили ее и вот-вот нападут, хотя впору бежать. Искушение прочесть все о чудесном побеге Харпер от Харви Мида преследует меня постоянно. Я и так уже столько раз переступал черту. Подглядывал в ее окна. Шпионил за ней по городу. Гребаная голова в кормушке для птиц была, наверное, самым низким поступком.

Почему-то копаться в ее публичной истории кажется слишком большим вторжением. Все детали, которые я действительно хочу знать – которые мне нужно знать, – это те, что живут только в ее голове. Как она выбралась из дома Харви Мида? Куда поехала, сбежав из Лаббока? Что случилось после того, как наши пути пересеклись в Мэриленде, а она похоронила старую жизнь, когда добралась до Гиблого Мыса? Сэм, должно быть, разузнал часть этой информации. Рыцарь Правды может сделать то же самое – если уже не сделал, – пока я все еще на десять ходов позади.