Книга Пламя крови. Любовь через боль, страница 46 – Даяна Мун

Постепенно, очень медленно, мир начинает сжиматься до единственного ощущения — ритма собственного дыхания. Шум в голове стихает, оставляя после себя лишь тугую тишину. Я больше не борюсь с собой, не пытаюсь проанализировать или понять. Я нахожусь вне реальности, вне времени.

Из этого состояния меня выводит приход Кайлана Вайтса. Он без звука поворачивания ключа открывает дверь и входит в комнату. Я не открываю глаза сразу. Еще несколько секунд я остаюсь в этом пространстве абсолютного покоя, словно боясь спугнуть это хрупкое равновесие. Наказание? Нет. Необходимость. И, как ни странно, я это осознала.

Вампир стоит на пороге. Он одет не в костюм, а в простые темные тренировочные брюки и черную футболку, которые подчеркивают хищную грацию и скрытую силу Верховного. Его лицо — бесстрастная маска. В руках он держит небольшой деревянный ларец.

'Секунды тянутся под его оценивающим взором. Он словно видит струи энергии под моей кожей.

— Лучше, — его голос звучит отстраненно: ни одобрения, ни упрека — только голая правда. — Энергетический резерв заполнен на семьдесят три процента. Это приемлемо для начала. — Вампир делает шаг в мои сторону и ставит ларец на пол напротив меня, но не открывает его. — Первый урок сегодня — не магия. Не контроль. Осознание.

Вайтс присаживается на корточки напротив, его движения плавны и экономичны, голос звучит сдержанно:

— Ты требовала поцелуя. Ты получила его. Теперь ответь мне: что ты действительно почувствовала в тот момент? Не то, что хотела почувствовать. Не фантазию. Реальную физическую и энергетическую обратную связь. Одним словом.

— Желание, — отвечаю я на вопрос, четко выполняя приказ.

Вампир замирает, не моргая, при этом его лицо остается непроницаемым, но в глубине темных глаз вспыхивает что-то похожее на холодное удовлетворение — не от моего ответа, а от его точности.

— Хорошо, — произносит он сухо. — Ты назвала реальное ощущение, но ты ошиблась в его источнике. — Мужчина открывает ларец. Внутри лежит не драгоценность, а гладкий, темный камень, похожий на обсидиан, размером с половину моей ладони.

— Это не твоё желание, Амбер — чеканит он, и его голос звучит пугающе ровно. — Лишь чужое эхо. Искажённое отражение.

Он медленно опускает камень на пол.

— Перед тобой артефакт. Он откликается на внешнее давление, а не на то, что рождается в твоём сердце Положи на него руку. И воспроизведи мысленный образ не самого поцелуя, а причины, которая с подвигла тебя его пожелать с максимальной детализацией.

Вампир откидывается назад и начинает наблюдать за мной. Я приказываю моему подсознание найти, то, что он просит и воспроизвожу этот образ до мельчайших подробностей.

— Если то, что ты назвала «желанием», было твоим — камень останется темным. Если же это был отклик на внешний стимул, то он поменяет свой цвет. — звучит голос Верховного.

Я перевожу взгляд на камень, он под моей ладонью остается темным. Вайтс наблюдает, не двигаясь. Но вдруг камень загорается красным, но всего лишь на миг и снова возвращается в свое привычное состояние.

— Ты видишь? — его голос звучит тихо, но четко в тишине комнаты. — Это твое желание, чему я несколько удивлен. Но отчего-то камень почувствовал влияние руны. Я прихожу только к одному выводу. Ты не хочешь меня. Твоя сила хочет взаимодействовать с той силой, которую она почувствовала во мне. Она жаждет столкновения, конфликта, соединения — это ее природа. Это — голод твоей магии, не твой. И пока ты не научишься отличать одно от другого, ты будешь игрушкой в чужих руках. Первый шаг к контролю — понять, что именно ты контролируешь, а что контролирует тебя.