Книга Хозяйка разрушенного поместья, страница 107 – Майя Саммер

Я смотрела на него и чувствовала, как внутри поднимается холодная ярость. Он говорил о моих будущих детях, о их судьбах, о их жизнях, будто они уже были его собственностью.

И в тот момент я поняла — я не могу позволить ему решать за нас. Я должна бороться. Даже если это бесполезно.

— Хорошо, — сказала я, и голос мой был ровным. — Я согласна на эти условия.

Король удивлённо поднял бровь.

— Но у меня есть одно условие, — продолжила я. — Никаких стариков для моих дочерей. Никаких пьяниц, жестоких людей. Только достойные мужчины, которые будут любить и уважать их. А для мальчиков титул и достойное содержание.

Король усмехнулся.

— Ты смеешь перечить королевскому слову?

Я сжала руки в кулаки, чувствуя, как ногти впиваются в ладони.

— Я — княжна, — сказала я, и голос мой звучал твёрдо, хотя внутри всё дрожало. — Я признаю власть короны. Но я также мать. И я не позволю причинять боль моим детям.

Король долго смотрел на меня. Я не отводила взгляда, хотя мне было страшно. Я знала — если я сейчас отведу глаза, если покажу слабость, он сломает меня.

— Ты смелая женщина, — сказал он наконец. — Это редкость.

Он помолчал, потом кивнул.

— Хорошо. Я принимаю твои условия. Но помни — я буду следить за тобой. За твоими детьми. Если я увижу, что ты нарушаешь наш договор...

Он не договорил, но я поняла.

— Я не нарушу, — сказала я. — Я слово держу.

Король кивнул и отмахнулся.

— Можешь идти.

Я развернулась и вышла из кабинета. Ноги подкашивались, в ушах звенело. Я шла по коридору, чувствуя, как внутри всё рушится. Я только что продала будущее своих детей. Я согласилась на условия, которые сделают их пешками в игре короля.

Но я сделала это, чтобы защитить их. Чтобы дать им шанс. Чтобы Рагнар мог выжить.

Это был единственный выход.

И когда я прошла уже половину коридора, силы покинули меня. Ноги подкосились, и я упала, чувствуя, как темнота затягивает меня.

Последнее, что я помнила, — чьи-то руки, подхватившие меня, и голос, зовущий моё имя.

А потом была только пустота.

Десять лет пролетело как один миг.

Я шла по коридору замка, и мои шаги гулко отдавались от каменных стен. Свечи в канделябрах догорали, отбрасывая длинные тени. За окнами уже стемнело, и только редкие звёзды проглядывали сквозь тяжёлые тучи.

Остановилась у двери кабинета, прислушалась. Тишина. Только скрип пера по бумаге.

Толкнула дверь без стука и вошла.

Рагнар сидел за массивным дубовым столом, склонившись над бумагами. Свечи горели в подсвечниках, освещая его лицо — уставшее, с едва заметными морщинами у глаз. Волосы стали чуть длиннее, в них пробивалась седина, но глаза... глаза были теми же. Жёлтыми, горячими, любимыми.

Он поднял голову, увидел меня, и на его лице появилась та самая улыбка, от которой у меня до сих пор замирало сердце.

— Фрея, — сказал он, откладывая перо. — Ты не спишь?

Я проскользнула в кабинет, обошла стол. Хотела сесть на край, как делала раньше, но потеряла равновесие — живот мешал, и я едва не рухнула на него.

Он успел подхватить меня, рассмеялся. Его руки обхватили мою талию, усадили к себе на колени.

— Ты становишься всё опаснее, — сказал он, и в голосе его звучало тепло. — Я уже начинаю привыкать.

Я надула губы, хотя внутри всё пело от счастья.

— Я стала не такой соблазнительной, как раньше. Толстая, неуклюжая. Ты скоро перестанешь меня любить.