Книга Лихоморье. Viva Umbra, страница 94 – Полина Луговцова

— Ну и что с тобой сделать за это?

— За что? – Козельский судорожно сглотнул.

— Не догадываешься? – Злая ухмылка исказила ее красивое лицо. – За чемодан!

— С ним все в порядке, – пролепетал нотариус, сдерживаясь, чтобы не заслониться от ее взгляда руками.

— Да, вижу. Но я чуть не лишилась его из-за твоей безалаберности! Почему ты не обеспечил его сохранность, как тебе было велено? Как случилось, что поганый воришка добрался до него?

— Я оставил чемодан в гримерке, а дверь запер на замок.

— Уверен, что запер?

— Безусловно!

— Но замок не взломан, мне сказали.

— Вор воспользовался профессиональной отмычкой, думаю.

— Думает он! – Божена презрительно фыркнула. – Теперь я сомневаюсь, что ты на это способен! Разве можно оставлять такую уникальную, неповторимую вещь там, где совершенно трухлявые замки?

Козельский помертвел, чувствуя, что ситуация накаляется. Глядя на него, Божена немного смягчила свой острый взгляд и продолжила без звона в голосе:

— Твое счастье, что все обошлось. Ах! Как же я в тебе разочарована! – Она уперлась тремя пальцами в висок и поморщилась, словно на нее обрушился жуткий приступ мигрени. – Я доверяю тебе уже долгие годы, а ведь их прошло больше сотни, и вот сегодня твой поступок заставил меня задуматься о том, не слишком ли я опрометчива в своей доверчивости.

— Этого не повторится! – поспешно заверил ее Козельский.

— И почему столько неприятностей сразу? – С грацией умирающего лебедя Божена опустилась на стоящий рядом диван. – Еще и эти кадаверы! Ты слышал, что у Шпицы и Эклера пропали кадаверы? Ума не приложу, куда они подевались! Мухи Грабаря уже обыскали весь город, но их нигде нет, ни живых, ни мертвых. И заклятье мертвоцепи не сработало! Одно из двух: либо меркатор плохо закрепил цепь, либо кадаверы нашли способ освободиться, который мне неизвестен.

— На моей памяти такого еще не случалось! – Козельский завертел головой, как баран, атакованный гнусом.

— Вот и я говорю, странно это все. Но разбираться сейчас с этим некогда. Давай лучше перейдем к делу. Скажи мне, Марк с девчонкой уже ушли в Лукоморию?

— Ни его, ни той девушки, чье фото вы мне показывали, в квартире не оказалось, значит, ушли.

— Хорошо… это хорошо… но, черт, как же я извелась! – Божена обхватила голову руками, растопырив пальцы, словно хотела вонзить их себе в череп, и покосилась на чемодан. – Вдруг Осдемониум что-то заподозрит? Но я просчитала все до мелочей! Девчонка не выдаст Марка, она хочет спасти брата и отправится за иглой, у нее просто нет другого выхода. А если она по какой-то причине не сможет попасть на остров, то сгинет в темнице, как все прочие узники, и Осдемониум будет уверен, что Марк просто привел к нему очередную жертву, ничего больше.

Божена говорила сама с собой, совершенно позабыв о присутствии Козельского, который был не в курсе всех подробностей и совершенно ничего не понимал. Он лишь вздыхал и тер лоб мокрым платком, зажатым в кулаке, не смея потревожить рассуждения наставницы. Та вскоре замолчала, погрузившись в свои мысли.

«Наглый ворюга спутал мне все планы!» – думала Божена, вспоминая, как ранним утром Грабарь приволок к ней, держа за шиворот, чернявого узкоглазого паренька, сообщив, что тот подслушивал прямо под дверью. Неслыханно! Божена была уверена, что сквозь заслон из чучел в мастерской Грабаря и мышь не проскочит, но, видно, парень оказался редкостным пронырой. Стянул аппарат Эдисона из запертой гримерки и пробрался в святая святых, ее секретную резиденцию, когда она излагала Марку свои грандиозные планы, уверенная в том, что ни одна душа – ни живая, ни мертвая – их в этот момент не слышит! К счастью, лазутчику не удалось уйти и унести с собой ее секреты.