Книга Тролльхол, страница 119 – Полина Луговцова

— То ли еще будет!.. Особенно, если они не получат того, за чем явились.

Крылатые девицы с воинственным видом кружат над островом, рыская цепкими взглядами по берегу и прилегающим скалам, — вероятно, высматривают обещанное. Золотистые доспехи на них сияют так, что слепят глаза, не позволяя Рин как следует разглядеть облик их обладательниц.

— Я не вижу павших воинов! — шипит, точно рассерженная кошка, одна из валькирий.

— Их нет! Ни одного! — вторит ей другая.

— Она не исполнила уговор! — Третья валькирия, выпростав руку из-под крыла, указывает на Фрою.

— Хватайте ее! — кричит четвертая.

— Стойте! Сейчас будут вам павшие воины! — Фроя срывается с места и отбирает ружье у зазевавшегося на валькирий Хуго. Тот спохватывается и мощным пинком, нанесенным по стволу, отправляет ружье в полет через голову Элиаса, ставшего мишенью, но ружье успевает выстрелить. Пуля, не задев парня, со свистом улетает ввысь.

А потом на землю падает птица.

Та самая, темно-синяя, с белыми пятнами.

В ту же секунду она исчезает: Рин едва успевает моргнуть и видит, что вместо нее там лежит распростертое тело пожилой женщины в темно-синем плаще и шапке, отороченной белым мехом. На груди ее темнеет круглая дырочка, вокруг которой расползается кровавое пятно. Руки раскинуты в стороны, кисти в перчатках, подбитых белым мехом, выгнуты под неестественным углом.

Среди валькирий возникает переполох. Они издают возмущенные возгласы, указывая на Фрою, которая стоит, схватившись за голову, и диким горящим взглядом смотрит на мертвую Вильму. Люди перешептываются за ее спиной и осуждающе качают головами, но не предпринимают никаких действий, еще осмысливая происходящее.

Зато неожиданно приходит в движение гороподобный колосс, Ян-великан, долго простоявший молчаливым зрителем. Из его великаньего горла вырывается жуткий оглушительный крик такой силы, что вздрагивают близлежащие скалы, а валькирий отбрасывает назад звуковой волной. Тело Яна съеживается, словно воздушный шар, из которого выпустили воздух, его рост стремительно укорачивается, и через пару мгновений он вновь принимает облик неказистого щуплого паренька, сжимающего руль фэтбайка. Отбросив велосипед в сторону, Ян бросается к Вильме и, упав на колени рядом с ней, утыкается лицом в ее плечо.

— Похоже, Вильма все, уже не поднимется. Как он теперь без нее? Один на белом свете остался. Из всей родни у него только и была эта бабуля, — доносится до слуха Рин чье-то бормотание.

— Она ему совсем не родня, — возражает кто-то. — Говорили, что Хуго нашел этого парня на безлюдном острове, полуживого, и к Вильме привез, а та его выходила. И оказалось, что парень не помнит ничего, кто такой и откуда. Вот и остался на острове, уж не знаю, как без документов соцработником оформился. Не то новые сделали ему документы, не то не был он никаким соцработником, просто все так думали.

Его перебивает женский голос:

— А я знаю, что Хуго Яна уже мертвого к Вильме привез, он по дороге умер и давно не дышал, когда Вильма над ним колдовать принялась. Она вызвала Имира и попросила вдохнуть в мертвеца жизнь и силу, а тот сам вошел да так в человеческом теле и остался. Имир глазами Яна за нашими гримтурсенами присматривал.

— Да неужели?

— Ну, спроси у Хуго. Вот он, рядом стоит, все слышит.