Книга По следам дзёро-гумо, страница 79 – Полина Луговцова

Амина едва сдержалась, чтобы не влепить ему пощечину.

— Я же полюбила тебя, – выдавила она сквозь слезы.

— Ты меня душила своей любовью, и поэтому мы оба здесь. Такая у нас судьба, наверное.

— Ну и дурак же ты! А еще слабак и трус!

— Так и есть, – прошептал Кирилл, закрывая глаза.

Больше он их не открыл, и ни один мускул не дрогнул на его мертвенно-бледном лице под потоком ругательств, которые сыпались из Амины словно сами по себе, против ее воли. Она опомнилась лишь тогда, когда Юнру вторглась в ее разум, требуя немедленно выйти из камеры.

— Считаю до трех, закрываю дверь и ухожу! – сообщила она. – Раз! Два!

Амина кубарем скатилась вниз, с ужасом глядя на мелькающие перед глазами паучьи лапы, покрытые блестящей хитиновой коркой – они принадлежали ей. Спрыгнув на пол, она выбежала в коридор, чувствуя под собой восемь длинных подвижных конечностей, и, уткнувшись в стену, замерла, потрясенная тем, что оказалась в паучьем теле. «Я человек, человек!..» – мысленно твердила она, пытаясь вернуть себе прежний облик. Ее затрясло, как в ознобе, и захотелось умереть.

— Тише. Конечно, ты человек. – Успокаивающая фраза Юнру скользнула в голову, перекрывая ее собственные мысли.

Амина ощутила прикосновение горничной – так, словно та положила руку ей на плечо, – и с опаской посмотрела туда. Плечо было на месте – обычное, человеческое. Как и все остальное – руки, ноги, тело.

— С тобой это впервые? – участливо поинтересовалась Юнру.

— Второй раз. Как ужасно!

— Ты привыкнешь. Обычно все наоборот. Большинство ведь рождаются пауками и потом превращаются в людей. Оборотень, родившийся человеком – редкость. Такое бывает только от большой любви, если оборотень по-настоящему полюбит свою жертву. Понятно теперь, почему Праматерь тебя выбрала.

— А ты? Ты появилась на свет пауком? – Амина поднялась с колен и внимательно посмотрела на горничную, удивленная ее чуткостью.

Юнру грустно улыбнулась:

— Мне не повезло: я родилась уродом, ребенком с паучьим телом. Человеком была моя мать, а отец – пауком-оборотнем. Он любил ее, но потом все равно съел. И пришел сюда вместе со мной. Здесь наш дом. И твой тоже. Ты должна принять это. Твоя любовь к обычному мужчине закончится так же трагично, как и у моих родителей. Трудно справиться с паучьей сущностью. Она сильнее человеческой и всегда берет верх. Всегда. Лучше и не пытайся.

Амина сердито передернула плечами, стряхивая с себя руку Юнру, и заявила с вызовом:

— Это моя жизнь – значит, мне и решать!

Горничная с обиженным видом уставилась в пол, и через мгновение ее слова проникли в разум Амины, полные горечи и безнадеги:

— А у меня нет выбора. Кому я нужна, такая? Уродина. Не человек, и не паук. Вот и ты на меня так смотришь, будто я тебе противна.

Амина хотела было возразить, но очередная мысль Юнру заглушила ее собственную:

— Да, возможно, дело не во мне. Ты так смотришь на всех оборотней. Считаешь себя человеком, а всех оборотней – монстрами, хотя сама из той же породы.

— Не порода делает монстра монстром! Я не монстр! – возмутилась Амина.

— Да, ты не такая. Ты ведь еще не ела людей?

— Нет, и не собираюсь! Это ужасно – есть себе подобных!

— Я тоже так считаю, – неожиданно согласилась Юнру. – И я не ела. Но это секрет. Не говори никому, особенно Зэнзэн, иначе они меня съедят. У нас так принято. Здесь съедают всех неугодных.