Книга Пышка для главврача, страница 16 – Эвелин Найт

Весь день я спала урывками, пила чай с лимоном и мёдом, глотала парацетамол и смотрела какие-то дурацкие сериалы по телевизору, не вникая в сюжет. Где-то в середине дня поняла, что забыла заказать лекарства и еду, но сил вставать и идти в аптеку не было. К вечеру температура немного спала — до тридцати семи и шести, — но я всё равно чувствовала себя развалиной. Растрёпанные волосы, красный распухший нос, старая пижама с единорогами, которая помнила ещё мои студенческие времена, — то ещё зрелище. Смотреть на себя в зеркало было страшно, поэтому я просто не смотрела.

В дверь позвонили около восьми вечера.

Я, честно говоря, подумала, что это доставка из аптеки — я всё-таки нашла в себе силы сделать онлайн-заказ примерно час назад. Поэтому, не глядя в глазок и не накидывая халат, распахнула дверь — и замерла с открытым ртом.

На пороге стоял Артём.

В гражданской одежде. Тёмно-синие джинсы, серый свитер крупной вязки под горло, кожаная куртка нараспашку. В одной руке — объёмный пакет из аптеки, в другой — пакет из супермаркета, из которого торчали апельсины и какой-то хлеб. И смотрит на меня этим своим фирменным взглядом — цепким, оценивающим, но теперь с явной примесью беспокойства.

— Ты? — тупо спросила я, шмыгая носом.

— Я. Впустишь? Или так и будем стоять на сквозняке?

— Откуда ты знаешь мой адрес?

— Ирина Петровна сказала. Я позвонил ей утром, спросил, почему мой лучший врач не на работе. Она сказала, что ты слегла с температурой, и дала адрес — на случай, если нужно будет что-то привезти. Я решил, что нужно.

— Ты позвонил старшей медсестре, чтобы узнать мой адрес?

— Да. И купил лекарства. И еду. И апельсины — в них витамин С. Ты впустишь меня или мне стоять тут и читать лекцию о пользе цитрусовых через порог?

Я отступила, пропуская его. Он вошёл в мою маленькую прихожую, огляделся — вешалка с пальто, стопка книг на тумбочке, пара моих любимых ботанических принтов на стенах — и хмыкнул:

— Мило. Уютно. Примерно так я и представлял.

— Не наглей, Волков. Я не при параде и вообще тебя не приглашала.

Он развернулся ко мне и внимательно, очень внимательно осмотрел с головы до ног. Красный распухший нос. Растрёпанный пучок на макушке, из которого во все стороны торчали волосы. Старая пижама с выцветшими единорогами и надписью «I believe in magic». Пушистые тапочки в виде кроликов. И улыбнулся — так, как никогда не улыбался в больнице. Тепло. По-домашнему. Нежно.

— Ты прекрасна, — сказал он тихо, но абсолютно серьёзно.

— У тебя, видимо, тоже температура поднялась. Или проблемы со зрением. Это вообще-то грипп, а не гламурная фотосессия.

— Температура у тебя. У меня зрение в полном порядке. И я вижу перед собой красивую женщину, которая болеет и нуждается в заботе. Иди на диван, я сейчас всё сделаю.

Он по-хозяйски прошёл на кухню, и я услышала, как он гремит чайником, открывает шкафчики, что-то достаёт. Я была так вымотана, что не стала спорить. Просто заползла обратно под плед на диване, свернулась калачиком и закрыла глаза.

Через пятнадцать минут он принёс мне большую кружку с чаем — там была малина, лимон, мёд и, кажется, ещё что-то, может, имбирь. Чай был идеальной температуры — горячий, но не обжигающий. Он сел рядом на диван, и я почувствовала, как прогнулись пружины под его весом. Его прохладная ладонь легла на мой лоб — профессионально, как врач врачу.