Книга Друг племянника. В ловушке запрета, страница 15 – Кристина Жиглата

Поняв, что силой мне не повернуться, я перехожу к отчаянным мерам. Начинаю яростно царапать его плечи и шею ногтями, бить кулаками по груди, оставляя на коже красные следы. Впиваюсь зубами в его губы — больно, до крови. Я кусаю его в безумной надежде, что эта вспышка боли наконец-то отрезвит его, собьет эту дикую спесь и поможет прийти в себя. Мне нужно, чтобы он просто очнулся!

Но всё тщетно. Что бы я ни делала, как бы ни пыталась причинить ему дискомфорт, это только сильнее распаляло парня. Мои удары и укусы не пугают его, а вызывают лишь протяжный, хриплый, почти звериный стон, от которого у меня внутри всё переворачивается. В этом звуке нет боли — в нем лишь первобытное, пугающее торжество.

— Илья, блядь… — кричу я, задыхаясь от нехватки воздуха и захлебываясь собственной яростью.

Я набираю в легкие побольше кислорода, готовая высказать ему в лицо целую тираду накопленного возмущения, отборных матов и жгучего недовольства. Я хочу уничтожить его словами, заставить отступить. Но он не дает мне вставить и слова. Илья резко, одним мощным движением бросает меня на кровать, обрывая все мои крики на корню.

Воздух с шумом вылетает из моих легких, когда я падаю на мягкий матрас. Голова слегка кружится, и в следующий миг моему взору открывается он. Мой взгляд испуганно фиксирует его идеальное, божественное, рельефное обнажённое тело. Каждая мышца на его торсе перенапряжена, а ниже… вздыбленный огромный член, который не оставляет никаких сомнений в его дальнейших намерениях. Этот вид заставляет мое горло пересохнуть от первобытного страха вперемешку с чем-то еще, в чем я ни за что себе не признаюсь.

Да и сама я в этот момент была далеко не в лучшем состоянии. Шёлковый халат от резкого падения полностью распахнулся. Когда я упала спиной на простыни, то оказалась перед Ильей в максимально откровенной, уязвимой позе — с обнажённой грудью и невольно разведёнными ногами. Вся моя напускная строгость и защита разлетелись в пух и прах за долю секунды.

Илья жадно, не отрываясь, скользнул по всему этому великолепию своим потемневшим, почти черным от вожделения взглядом. В его глазах горел такой первобытный голод, что у меня перехватило дыхание. Смотря на него снизу вверх, я отчетливо поняла: он не отступит. Не остановится. Как бы я сейчас ни умоляла, какие бы разумные доводы ни приводила, он просто не услышит.

Он хотел меня… Почему-то хотел настолько сильно, что буквально терял рассудок, стоило мне оказаться рядом. Особенно когда я была голой, беззащитной, предоставленной его воле.

Внутри меня вспыхивает горькая, растерянная мысль. Ну да, я не была уродкой. Скорее, наоборот. В свои тридцать пять лет я выглядела максимум на двадцать пять. Природа наградила меня хорошей генетикой, но и я сама вкладывала колоссальные усилия в свой внешний вид. Я маниакально следила за фигурой и внешностью. Спускала значительную часть заработанных денег на дорогие косметические процедуры, качественные кремы, массажи и регулярно, до седьмого пота, посещала спортзал.

Сейчас, наконец-то, я могла себе это позволить. Самый тяжелый период остался позади. Мой племянник Егор подрос, стал совсем взрослым и самостоятельным. Он устроился на подработку на СТО, увлекся машинами и теперь частично мог сам себя обеспечивать, закрывая свои базовые мужские хотелки. Мои руки больше не были связаны вечной экономией на себе ради племянника. Поэтому, да… объективно, я была очень привлекательной женщиной. Ухоженной, подтянутой, манящей.