Книга Друг племянника. В ловушке запрета, страница 56 – Кристина Жиглата

Егор делает глубокий вздох, разворачивается и медленно уходит прочь из кухни, направляясь к себе на второй этаж. Он так и поднялся к себе, оставив мое присутствие за дверцей холодильника абсолютно незамеченным.

Как только его шаги наверху стихают, я мгновенно покидаю свое укрытие. Наплевав на всякую конспирацию, я в полном отчаянии бросаюсь следом за племянником, желая догнать его, но Илья действует молниеносно. Он перехватывает меня прямо на выходе из кухни, железной хваткой обнимает за талию и прижимает спиной к своей груди, не давая сделать и шага.

— Илья… — на моих глазах впервые за утро вскипают горячие, злые слезы бессилия. Я судорожно поворачиваюсь в его руках. — Ну что эта Маша за тварь и стерва такая, а?! Господи, да я бы её сейчас сама лично на куски разорвала! Ну как можно так подло, так жестоко поступать с моим Егором? За что она с ним так? Что за грязные игры она ведет?!

Илья еще сильнее, надежно прижимает меня к себе, пряча от всего мира, и начинает ласково, успокаивающе гладить ладонью по моим растрепанным волосам.

— Тихо, Исла, успокойся, — негромко и мягко говорит он мне прямо в макушку. — Не иди за ним сейчас и не вмешивайся в это. Он всё равно тебе сейчас ни за что не скажет правду. Парням слишком тяжело признавать свои любовные поражения перед матерями или тетями. К тому же, если ты сейчас придешь, он мгновенно поймет, что ты подслушивала его позорный разговор со мной. И ему от этого станет еще в сто раз тяжелее. Я сам с ним подробно поговорю, позже. Помогу всем, чем смогу, и поддержу его как брат, обещаю тебе. Даже не думай об этом, с ним всё будет в полном порядке. Я слово тебе даю.

— Я… — тихо шепчу я и беспомощно запинаюсь, утыкаясь носом в его плечо.

— Знаю, знаю. Ты безумно переживаешь за него, это нормально, — его пальцы нежно оглаживают мою шею. — Но он уже действительно взрослый парень, Исла. В таких деликатных вопросах тети и родители для пацанов больше не авторитет. Им нужен совет равного. Я всё решу, обещаю. Просто доверься мне, — добавляет он и трепетно, тепло целует меня в лоб. — Пойдем, я отвезу тебя сейчас на работу, а потом сразу же вернусь к нему и нормально, по-мужски поговорю. Ладно?

Я замираю в его объятиях, лихорадочно соображая. Я не знала до конца, стоит ли мне так слепо доверять этому татуированному парню душевное состояние своего единственного племянника. Но разумом я отчетливо понимала, что Илья сейчас частично чертовски прав. Я больше не имею для Егора такого огромного, абсолютного веса, как в его далеком детстве. Он вырос. И сейчас мнения и поддержка хороших, авторитетных друзей значат для него значительно больше в подобных сердечных делах. Ему ведь, в конце концов, не двенадцать лет, чтобы я могла с кулаками вмешаться, отчитать его обидчицу и что-то посоветовать.

Мне пришлось переступить через свою гордость, полностью довериться Илье и положиться на его мужское слово.

Коротко кивнув, я соглашаюсь с его планом. Мы бесшумно покидаем квартиру, оставляя Егора наедине со своими мыслями…

Этот день тянулся невыносимо долго и адски мучительно. Минуты складывались в часы, которые казались бесконечными.

А всё из-за того, что мы с Ильёй начали наши тайные отношения совсем недавно. За все эти сумасшедшие два дня наших мимолетных, запретных встреч у нас было катастрофически мало времени для нас двоих. И всё это редкое время мы, как одержимые, тратили исключительно на бешеный, крышесносный секс. Мы были так поглощены телами друг друга, что у нас банально даже не хватило здравого смысла просто взять и обменяться номерами мобильных телефонов! И теперь я пожирала себя изнутри. Я не могла позвонить ему, не могла написать ни строчки, чтобы узнать, как у него обстоят дела с Егором и дома ли вообще племянник. Мой мозг рисовал самые жуткие картинки семейной катастрофы.