Книга Друг племянника. В ловушке запрета, страница 88 – Кристина Жиглата

Я думала об этом битый час, меряя шагами просторную гостиную Ильи, но так и не пришла ни к какому логичному решению. Голова раскалывалась. По идее, я должна была прямо сейчас всё рассказать Илье, как только он переступит порог. Я ведь люблю его и хочу быть вместе. Но этот его отец… Я ведь действительно совершенно не знаю этого человека, как и говорил Илья. Я не знаю, на что он способен ради достижения своих целей и кто он такой на самом деле. Что у него в голове?

Что, если для начала, прежде чем предпринимать какие-то резкие шаги и устраивать скандал, осторожно, издалека расспросить об отце у самого Ильи? Узнать, насколько опасны его угрозы. Это было единственное более-менее разумное решение, к которому я в итоге пришла, решив больше не мучить себя и не изводить паранойей.

Так в удушающем ожидании прошел еще один час. Я уже на автомате ждала возвращения Ильи домой, вздрагивая от каждого шороха в коридоре, но он пока не возвращался. А затем мой телефон на журнальном столике снова резко зазвонил. На экране высветился незнакомый, скрытый номер. Внутри всё сжалось от дурного предчувствия, и я мгновенно приняла вызов, поднеся трубку к уху.

— Да… Слушаю.

— Здравствуйте, Исла. Еще раз, — услышала я на том конце провода низкий, властный голос отца Ильи. Этот баритон с его примечательной, сухой хрипотцой я теперь безошибочно запомнила на всю оставшуюся жизнь.

— Что вам еще от меня нужно? — резко, ледяным тоном спросила я.

Я физически чувствовала, как мое сердце пускается в бешеный, рваный галоп, а к горлу подкатывает паника от одной только мысли о том, откуда этот всесильный человек мог так легко достать мой личный номер мобильного.

— Я прекрасно понимаю, Исла, что наша первая встреча сегодня в машине была, мягко говоря, крайне неприятной и грубой… И я искренне хочу извиниться перед вами за свой тон и напор, — вдруг спокойным, ровным голосом говорит он.

Эти слова бьют меня наотмашь, заставляя меня впасть в самый настоящий ступор. Я стою посреди комнаты с открытым рот, шокированная этой переменой.

— Дело в том, что Илья сегодня буквально час назад сам позвонил мне. Он пообещал лично приехать ко мне в офис, познакомиться с моей женщиной и нормально поговорить… И он прямо сказал мне, что делает этот шаг навстречу только благодаря вам. Благодаря вашему настойчивому совету. Я хочу выразить вам свою глубокую, искреннюю благодарность за это, Исла. Теперь я отчетливо вижу, что сильно ошибся в вас изначально. Вы положительно, благотворно влияете на моего сына. И поэтому… поэтому я полностью пересмотрел свое решение насчет ваших отношений. Я больше не против, — вдруг говорит он, и у меня окончательно теряется дар речи.

В голове не укладывается этот резкий поворот. Значит, у этого холодного бизнесмена все-таки есть нормальное отцовское сердце? Значит, он действительно сильно любит Илью, раз готов наступить на горло собственной гордости, звонить мне и так униженно извиняться?

— Вы знаете, мои отношения с сыном уже очень давно были окончательно испорчены, — продолжает мужчина в трубку, и в его голосе впервые проскальзывают искренние, мягкие человеческие нотки. — И мне всегда было безумно трудно хоть как-то всё исправить, потому что Илья упрям и наотрез не хотел идти со мной на контакт. Но сегодня… сегодня это маленькое чудо произошло исключительно благодаря вам, Исла. И спасибо вам за это… Огромное вам человеческое, отцовское спасибо за то, что вы так мудро посодействовали нашему примирению. Я теперь ваш должник…