Книга Развод. Месяц на размышления, страница 47 – Ария Тес

И ты туда же, Брут?..

Вот что она означает. И ты туда же, Брут…

Когда мне хватает смелости взглянуть на нее, Агния больше не отвечает на мой взгляд. Думаю, принципиально. Потеряла всякий интерес, и я ее, кажется, понимаю: кому в целом может быть интересен человек, у которого даже личности своей больше нет? Один муж-муж-муж.

Боже…

Резко вскакиваю с кресла. Сашка отшатывается и округляет глаза, но, прежде чем успевает что-то сказать, я хватаю сумку и выпаливаю:

— Я передумала! Простите!

Сбегаю максимально быстро. Словно за пятки монстры жрут — а они и жрут. Они недовольны.

Конечно, они недовольны…

Когда-то что-то, что признано недееспособным и обязано сидеть на цепи до конца своих дней… или стоять в чулане подобно чемодану без ручки! Сука! Вдруг бунтует, это не может понравиться.

Но мне плевать: мне нравится!

Если я когда-нибудь захочу изменить в себе что-то, то сделаю это исключительно ради себя. Только! Ради! Себя!

Проговаривая мантру себе под нос, завожу мотор и резко выезжаю с парковки. Алена будет недовольна, конечно. Возможно, я ее опозорила, но она простит. Думаю, даже оценит мысли, к которым я пришла, потому что прошлые, хоть и не подала виду, но едва ли сочла адекватными.

Что сохранять?.. — так и читалось между строк ее взгляда, — Он тебя предал, Даш, а сейчас попросил у тебя месяц, чтобы развлекаться дальше. Какого черта ты с собой творишь?..

Я не знаю. Честно. Но если я когда-нибудь захочу изменить свою прическу — это будет ради себя. И жить теперь я тоже буду ради себя! Клянусь! Найду свою личность, верну, на худой конец — создам с нуля! Но теперь исключительно ради себя и только ради себя.

Выезжаю на перекресток, но сворачиваю вправо, а не влево. Левая дорога ведет к дому Алены, а я больше не собираюсь прятаться — нет. Я не побегу из своего дома, как трусливая курица, решившая, что спрятать голову в песок — это нормально. Я все проживу, все переверну и создам новый мир.

Без него.

Даша

— …ну и короче я сбежала.

Закончив свой сбитый рассказ, я жму плечами, а потом поднимаю глаза на Алену. Если честно, мне это делать дико страшно, так как она договаривалась и просила за меня, и пусть это всего лишь «какие-то волосы», однако все же. Подставлять кого-то, особенно настолько близкого себе человека, мне не по себе. Мягко сказано.

Ощущение тяжести липкой пленкой облепляет все мое существо. Мне не нравится так; я люблю, когда все по полочкам.

— Господи… — раздается ее тихий смешок, который немного сбрасывает чувство стянутости в области груди, и заставляет меня неосознанно поднять глаза.

Аленка моя себе не изменяет — улыбается. На ней надет красивый костюм цвета красного вина, а в вечернем солнце поблескивает внушительный, золотой браслет — ее подарок себе-любимой из Франции на очередную удачно заключенную сделку.

— Ты когда звонила, напугала меня просто жутко! Даша!

Встряхнув руками притворно-строго, Алена делает шаг и становится рядом со мной, прижавшись задницей к капоту своей машине, где я, собственно, и «забила стрелку» — как у нас раньше в школе говорили, если случалось так, что вставала острая необходимость решить какой-нибудь супер-важный вопрос.

Я на таких стрелках ни разу не была, само собой. Мне важные вопросы решать было не с кем, да и темы тоже не находилось, поэтому куда себя деть я абсолютно не знаю. Заламываю пальцы совершенно по-детски, и в целом… ну, веду себя, как ребенок.