Книга Элемента. L, страница 176 – Елена Лабрус

— Не просто, Семен, не просто, - он на секунду задумался, потерев виски, - Все вообще как-то очень непросто. Честно говоря, со мной раньше такого никогда не было. Ты не поверишь, я ждал ее приезда и волновался.

— Я не поверю? – усмехнулся Арсений, - Вот именно я-то как раз и поверю, потому что знаю, как это происходит.

— И как? – улыбнулся Дэн.

Арсений пожал плечами и улыбнулся в ответ:

— Само собой. Словно это от тебя не зависит. А она? Хотя зачем я спрашиваю! – махнул рукой Арсений, - Разве кто может устоять перед великолепным доктором Майером?

— Что все так плохо? – кисло спросил великолепный доктор.

— Ну, кому как, - снова пожал плечами товарищ, - Раньше тебя это не особо тяготило. Ни повышенное внимание, ни толпы поклонниц, ни всеобщее обожание.

— Вот давай только без преувеличений, - возмутился Дэн, - У тебя все то же самое, только тебе кроме твоей Изабеллы никогда никто не был нужен, а у меня такой Изабеллы не было, и я ни от чего и не отказывался.

— Ладно, - примирительно сказал Арсений, - согласен. Только что тебя беспокоит не пойму.

— Меня все беспокоит, Сень. И то как сказать ей, что она не такая как все люди. И то, как она воспримет то, что мы вообще не люди. А еще я боюсь, что она привяжется и будет ждать от меня того, что я не смогу ей дать. И я боюсь разбить ей сердце, боюсь сделать ей больно, всего боюсь, потому что ни в чем не уверен.

Он встал и подойдя к кухонному столу, уставился в окно.

Кофемашина отшипела, но Арсений даже не обратил на нее внимание. Он подошел и встал рядом с Дэном.

— Дэн, доверься своим чувствам. Поступай так, как чувствуешь. Да, потом может быть все измениться, но, если сейчас она тебе важна, будь с ней. А время расставит все на свои места.  Не пытайся это анализировать. Я вообще считаю, что по сравнению с чувствами, наш разум мал и слаб. Любовь - это чувство, страх - это чувство, боль - это чувство. Мы пытаемся их контролировать, а должны, наоборот, слушаться. Потому что они сильнее нас, они мудрее нас, и они больше нас.

Дэн ничего не ответил. Где-то там в глубине души он с Арсением был согласен, но до того глубокого знания, которого достиг его друг, всю свою сознательную жизнь любя одну и ту же девушку ему было еще так далеко.

Они выпили кофе, и Арсений не был бы Арсением, если бы не спросил Дэна о его работе и его необычной бабке. И Дэн рассказал ему про Сару.

— Что-то мне твоя работа нравиться все больше и больше! - не скрывая восторга, воскликнул Арсений, - Слушай, возьми меня с собой! Это же просто хрен знает, что такое, если в теле человека есть и душа человека и душа алисанга. У тебя там вообще паноптикум какой-то. Я бы даже сказал бестиарий или кунсткамера!

— Слышь, любитель острых ощущений, ты поосторожнее с выражениями! - строго сказал Дэн.

— Дэн, без обид, я совершенно серьезно. Это же так интересно! Мне всегда казалось, что у вас у мемо, просто бесподобный дар - проникать в чужую память. Ну, пожалуйста!  - и он только что хвостом не завилял.

— Ладно, - согласился Дэн, - мне всё равно надо бы кое что проверить, а бабка, скажу я тебе какая-то пренеприятнейшая. У нее с моей Купчихой какой-то давний конфликт и я хотел разобраться что там к чему.

— Я согласен! - обрадовался Семен.

— Ну что? -  улыбнулся Дэн, - Как в старые добрые времена?