Книга Элемента. N, страница 41 – Елена Лабрус

— А, так ты в курсе? – открыла она, наконец, глаза.

- Да, можно сказать, слышал из первых уст, - гордо сообщил Баз.

— Почему же Виктория преуспела всего на половину? – вяло спросила Ева.

- Потому что у неё может родиться мальчик, а может девочка. А это как ты понимаешь фифти фифти, то есть пятьдесят на пятьдесят, то есть…

— Она беременна? – Ева резко села на кровати.

- А я по-твоему, о чём толкую? Тебе может повторить? Виктория Шейн бесстыдным образом… - начал он медленно, произнося отдельно каждое слово.

— Я думала, это два не связанных между собой события. Соблазнила отчима – это раз. Получила шанс выздороветь – это два, - пояснила Ева.

- Нет, это два в одном флаконе, я бы сказал в одной вагине, но ты же сейчас сморщишь носик…

— Фу, Баз, - сказала Ева раньше, чем он сказал «но ты же сейчас».

- Вот, что и следовало доказать.

— Теперь можно объяснить, чем это первое связано со вторым? – настаивала Ева.

- Да, ты же ничего не знаешь! Так слушай. Бирюзовая чума лечится! Только не так как обычные венерические заболевания, тем не менее передается именно половым путем.

Ева покачала головой, но промолчала.

- Если она родит мальчика, то мальчик станет носителем этой заразы, а Виктория от неё полностью избавится.

— А если девочку?

- А если девочку, то ничего не изменится. Виктория всё также будет уязвима. Но может продолжить свои попытки забеременеть.

— И как давно она беременна?

- Так не больше не меньше, а уже неделю, - сказал он, потом подумал и добавил, - Хотя нет, дней девять, если быть точным

— Целых десять дней! Подумать только! – с явным сарказмом произнесла Ева и пошла на кухню выпить воды, - Тебе-то откуда знать? Или она уже сделала тест?

- Какой тест! Она девять дней как разрушила брак своей матери.

— Так не пудри тогда мне мозги! Беременна, беременна! – сказала Ева, проглотив воду, и передразнила его, - Пятьдесят процентов!

- Просто поверь мне! Она сама еще не в курсе, но через пару недель от её бледного вида и зеленых волос не останется и следа, и она станет сильнее, злее и еще хитрее.

— Я уже тебе поверила однажды, и блеяла потом с бледным видом какую-то жалостливую фигню про украденного из роддома младенца. Надеюсь, это была правда?

- Ни единого слова! – гордо произнес Баз.

— Вот ты – сволочь! Какого черта я тогда рассказывала с умным видом эту полнейшую херню?

- Откуда мне знать с каким видом ты там кому что рассказываешь, я же не твой стилист!

— Баз, я наговорила про Феликса по твоей милости какой-то ерунды! Как я теперь буду оправдываться за эту ахинею? – занервничала Ева.

- О, я надеюсь, тебе не придется, - сказал он спокойно, - Феликс подтвердит твою историю слово в слово.

— Отлично! Я что теперь еще и Феликса должна попросить подтвердить мою ложь? – Ева в сердцах стукнула о стол чашкой из которой пила, и у чашки отвалилась ручка, - Замечательно! Разбила из-за тебя свою любимую кружку.

- Я тебя заставлял стучать о стол кружками? – возмутился Баз.

— Но ты меня подставил! – сказала она, в сердцах кидая вслед за отломанной ручкой в мусорное ведро и кружку.

- Я тебя не подставлял, и если бы ты дала мне вставить хоть слово, то уже знала бы, что, то что ты рассказала подружкам – это так сказать официальная версия - то, что всем рассказывают и Феликс, и Клара, и его отец о том, как он появился на свет.