Книга Элемента. N, страница 61 – Елена Лабрус

— Феликс? – сказала она в трубку и была даже рада, что Дэна в этот момент не было рядом. — Да. Хорошо. Я перезвоню.

Она рассказала уже Дэну всё что знала про Феликса, всё что их связывало и не связывало, показала ему его фотографии, и подготовила, как только могла, на душе у неё перед их предстоящей встречей было тревожно. Именно о том, что он прилетел и готов с ними встретиться и был их десятисекундный разговор.

Она смотрела на Арсения, и хоть понятия не имела что именно, но что-то общее их сейчас связывало как никогда. И Дэн, пришедший с магазина с большим нарядно-белым тортом, сразу понял, что что-то случилось.

— Что я пропустил? – смотрел он, то на Еву, то на Арсения.

— Звонила Вики!

— Звонил Феликс!

— Ну, отлично! – отреагировал он совершенно спокойно. — Когда-то же мы должны были встретиться. Или ты надеялась, что это будет не раньше, чем у твоего жертвенного алтаря?

— Мне кажется, в этом доме для такого количества народа слишком мало места, — сказал Арсений.

— Нет, я не хочу оставаться без своего тела, — возразила Ева Арсению, поминая, что он хочет предложить перенести эту встречу в свой дом.

— А мне в больнице еще дежурить в ночь, и хотелось бы потратить это время с большей пользой, чем стоять в городе в пробках, — ответил Дэн, обращаясь к другу, так именно ему предстоит Еву везти.

— Ладно, — приняла за всех решение Изабелла. — Я мою посуду. Арсений, ты за Викторией, раз уж она позвонила именно тебе. Ева, зови Феликса. Дэн, а ты можешь пока спокойно уговорить пару кусочков этого кулинарного безобразия, — улыбнулась она Дэну, красноречиво скашивая глаза на торт.

Ни один мускул не дрогнул на лице у Дэна, когда запел дверной звонок. Он уже давно съел свою четверть торта, но Арсения с Викторией до сих пор не было, и Феликс приехал первым.

Он вошел в открытую Евой дверь как всегда, с иголочки одетый, в расстёгнутом пальто, видимо, черно-белом, но рисунок был таким, что оно казалось серым в мелкую клетку. И длинный шарф с кистями у него на шее, и мягкие кожаные перчатки в одной его руке, и букет невозможно красивых и благоухающих роз в другой – всё было безупречно.

Он протянул Еве розы, и дежурно поцеловал в щеку. В любой другой день она не придала бы этому ни малейшего значения, но сегодня, когда у неё за спиной стоял Дэн – этот поцелуй жёг её как клеймо.

— Я как-то обещал, что куплю тебе новые, — протянул он Еве цветы и многозначительно улыбнулся, напоминая ей о той их встрече, когда она забыла букет в кафе.

— Спасибо, Феликс, не стоило, — промямлила Ева. А он спокойно разделся и, сделав два шага навстречу, протянул Дэну свою ладонь.

— Феликс Ранк.

— Даниэль Майер, — ответил Дэн рукопожатьем.

— Изабелла Кастиниди, — представила Ева, стоящую в проеме кухни девушку, поддержав тенденцию называть и имена, и фамилии.

Феликс сделал еще пару шагов до Изабеллы, почтительно поцеловал ей руку и, улыбнувшись краешками губ, сказал:

— Рад нашему знакомству!

Ева видела, как из-под распахнутого ворота его белоснежной рубашки выпал кулон на черном кожаном ремешке, и когда он разогнулся, отпуская руку девушки и поворачиваясь к хозяйке, на груди его красовался небольшой аметистовый аммонит. «Под цвет глаз» — даже успела подумать Ева, приглашая его присесть на диван, и проследовала с вручённым ей букетом на кухню, мимо глубоко потрясённой Изабеллы.