Книга Моя и точка!, страница 55 – Елена Лабрус

Марат сказал название банка. У Ии даже мелькнула перед глазами его эмблема — верхняя, венчающая часть античной колонны, украшенная двумя симметричными «завитками» на чёрном фоне, хотя она с ходу и не вспомнила где её видела.

— Я пригласил его в «Пэркорсо», — продолжил Марат. — Обсудили дела, выпили, расслабились. Смеялись, он много шутил. Заговорили о семьях, детях. И как бы в шутку он спросил: «И на многое ты готов ради этого миллиона? Ты же понимаешь, моя помощь не бескорыстна. У всего есть цена». «И за какую же цену ты готов мне помочь получить этот кредит?» — спросил я, имея в виду откат, процент от сделки. «У тебя красавица жена», — улыбнулся он. Я решил, что он снова шутит, засмеялся, ответил, что она стоит дороже. А он резко оборвал разговор, встал, сказал: «Торг здесь неуместен. Будут тебе деньги». Раскланялся и ушёл.

Ия не поверила своим ушам. Отстранилась, уставилась на мужа. И его лицо, виноватое, несчастное и нервно прикушенная губа не нравились ей от слова «совсем».

— Марат, ты заключил на меня сделку? — покачала она головой, но с такой неумолимой очевидностью сейчас складывались факты: ссора, Ия уходит с Марко, и буквально на следующий день муж получает деньги. — Марат!

— Да нет же, нет. В том то и дело! Эти деньги, — он мучительно, обречённо выдохнул. — Не брал я никакой кредит. Документы всё ещё на рассмотрении. Мне его не дали.

— Тогда откуда ты получил деньги?

Глава 51

Марат тяжело вздохнул.

— Я продал дом «БиЭндБи». Один из домов в Арабских Эмиратах. Виллу на побережье, в Дубай.

— Ты серьёзно? — вытаращила Ия глаза.

— Из тех что давно пустовали, — коротко кивнул он. — «Гостинг-БиЭндБи» так и не смог их сдать, и они по сути съедали прибыль компании.

— Значит, ты продал виллу, что была на балансе «БиЭндБи»? — уточнила Ия.

— Да, — кивнул он, не поднимая головы. — Технически эту сделку заключил ещё твой отец. Он купил в собственность землю. По закону иностранцы в Эмиратах имеют право приобрести в собственность только землю под новыми объектами. А дом ещё достраивался.

— Не удивительно, что он не приносил прибыль, если ещё строился, — хмыкнула Ия. — Кто же его купил?

— Одна крупная ближневосточная сеть отелей, — поднял он на неё глаза. — Но это неважно. Важно, что, когда я получил эти деньги, тут же позвонил и отменил договорённость с тем человеком. Сказал, что в его услугах больше не нуждаюсь, что всё решилось и так.

— Но человек, видимо, с этим не согласился? И требует оплату?

— И да, и нет, — мучительно выдохнул Марат, буравя Ию глазами. — Он меня поздравил, пожелал успехов и счастливой семейной жизни, но сказал, что обычно работает по предоплате.

— Так в чём же тогда проблема?

Холодея от ужаса, она чувствовала, как по спине потёк ледяной пот.

— В том, что заключённая сделка не имеет обратной силы. И он приехал в «Пэркорсо», чтобы лично мне это сказать. Потому сел напротив, чтобы я его видел. И смотрел на тебя так, словно ты теперь принадлежишь ему.

— Вот тот толстый пожилой араб с бородкой? Это был он?

— Да. Селим.

Ия покачала головой понимая только одно: её продали.

Продали как скот на рынке, залежалый товар, ненужное имущество, рабыню за домик на побережье, за кредит, за доллары, за миллион. Дороговато, конечно, она столько не стоит. Но ведь это не её цена, а цена амбиций её мужа, его притязаний, честолюбия и стремления победить любой ценой.