Книга Друг моего отца, страница 82 – Елена Лабрус

— Я сам по себе, Арман. Никто не знает то, что я рассказал вам. Даже Эбнер. И вам я тоже мог бы не говорить, – он глянул на оживший телефон, но не ответил.

— Но всё же сказал. Зачем?

— За тем, что вы ищете то же, что и я – правду.

— А я думал, это поручение Андрея.

— К нему я ещё даже не приступил. – Он полез в карман и достал маленький ключ с номером. – Вот его поручение. Ячейка в щвейцарском банке. Название запомните или записать?

— На память пока не жалуюсь.

Он продиктовал. А потом невольно улыбнулся, глянув в окно:

— А вот и она!

Я увидел свою девочку, вышедшую из салона.

Теодор оглянулся и встал.

— Она так похожа на отца, – качнув головой, принялся он натягивать пальто. И звучала в его голосе такая знакомая мне тоска. Андрея не вернуть, но она – его плоть и кровь, для тех, кому он был дорог, Янка не просто напоминала о нём, он в ней словно оживал.

— Ты сказал, что Андрея предали, – подавил я порыв выскочить на улицу немедленно и прижать её к себе.

— А ты видел, как она жила?

— Нет, – я качнул головой. – Но слышал.

— А я видел, – он болезненно сморщился, бросил на стол деньги и остановил меня рукой. И я зауважал его ещё больше. – Даже на моё содержание и обучение в Австрии выделили баснословную сумму. Ты думаешь, своей дочери он позволил бы так прозябать?

— Не поверишь, я думал о том же самом, – встал и я. – Ты знаешь, кто её туда отправил? Кто сжёг дом?

— Я знаю, что у поджога в её квартире тот же почерк. Так же грубо имитирован несчастный случай. И так же менты не стали особо разбираться.

— Ты и отчёты криминалистов читал?

— Конечно, Арман. Они много лет хранятся у князя. И не просто так он меня туда отправлял. Хотя, я, конечно, скорее напросился сам. Ты видел письмо, что я отдал Яне?

— Да. И оно выглядит так, словно их предал я. Что Андрей зря доверился мне, кому же ещё?

— Естественно. Ведь всё досталось тебе. И ты нажал на курок.

— Но ты знаешь кто?

— Нет, но я догадываюсь. Прислушайся к себе, Арман, – намотал он на шею шарф. – Есть ли у тебя такие же друзья? Сможешь ли ты кого-нибудь попросить в себя выстрелить, и он так же безоговорочно ответит: да.

За грудиной стало тесно.

— Ты всё же считаешь, что я Зверя предал? Чем? Тем, что выстрелил? Или тем, что женился на его дочери? Теодор, не уходи от ответа! Скажи мне прямо, кого ты подозреваешь. Назови имя! – схватил я его за рукав.

— Ты видел, как она рисует? – посмотрел он на мою руку. И я её медленно, нехотя, но всё же её разжал.

— Да, она очень талантлива. Хочу показать своим спецам в «Галерее». И думаю, найти ей хорошего учителя.

— Отличная идея. Она бесспорно талантлива. В отца, – тяжело вздохнул он и, уже уходя, добавил: – Найди того, кто подбросил князю её альбом и найдёшь предателя. А имя я ей уже назвал.

— Чёртов бюргер! Ты же наверняка назвал ей моё имя? Да?! – заставил я его вернуться.

— Он сказал: «Я звал её Несмеяна. Никогда в жизни не видел такой неулыбчивой девочки», – подошёл Тео почти вплотную. – Я спросил: «А как её звали?» Тогда я думал, что его дочь умерла. И он ответил: «Однажды ты поймёшь, что для тех, кого любишь, нет прошедшего времени. А имя… имя – пустой звук. Для кого-то он Арман, для меня Чека, но я часто думаю: как его звала бы она». «Если бы я мог, то рассказал бы ей про него. И про себя», – выпалил я. Он улыбнулся: «Обещаешь?» И я, мелкий дурак, кивнул: «А можно, его имя я назову как ты? Чека».