Книга Держи меня, Земля!, страница 183 – Елена Лабрус

В трёхкомнатной квартире, тесной, старенькой, но с хорошим ремонтом, их встретил звонким лаем крошечный, рыжий с проседью йорк.

— Домовёночек мой, — подхватила его на руки Нина Григорьевна. — Знакомься, это Лера.

Пёсик в ответ громко залаял, подрагивая седым пучком убранных под заколку волос, пока Кирилл помогал Лере раздеться.

— Лера — это Кузя, — передала Лере терьера мама и ушла хлопотать на кухню.

Кузя ещё тревожно принюхивался к незнакомым запахам, когда Кирилл решительно переложил его из Лериных рук на кушетку, чтобы Леру, наконец, по-настоящему обнять.

И, прижимаясь к его голой шее, зарываясь руками в его волосы, вдыхая его запах, Лера осознавала, как бесконечно по нему соскучилась. Хотя и не понимала, как. Как она вообще продержалась столько дней без него?

— Ты не представляешь себе… это так важно для меня, что ты приехала, — Кирилл погладил Леру по голове, словно тоже не мог поверить в её реальность. Потёрся небритой щекой об её руку, прижался губами ко лбу. Они так истосковались друг по другу, что даже этого казалось много. Просто запах, просто тепло, просто любимые руки — и не нужно большего. Сейчас эмоционально большего просто было не вместить. Даже от лёгкого поцелуя, что Кирилл оставил в уголке губ, заложило уши.

— Лера, ты будешь чай или кофе? — крикнула из кухни мама. Лера едва услышала её голос.

— Ты уже купил кофе? — переспросила она у Кирилла, возвращаясь в реальность.

— Я и забыл, как много ты обо мне знаешь, — улыбнулся он и крикнул: — Мам, спасибо, мы сами! Иди отдыхай!

В его кармане заурчал телефон.

— Проснулась? — хмыкнул он, глядя на абонента, и снова крикнул через коридор: — Как думаешь, что сказать Вальке?

— Что она сучка крашеная, — выглянула мама.

И Кирилл согласно кивнул и сбросил звонок, увлекая за собой Леру в комнату.

— Вот пусть звонит в больницу и узнаёт сама.

Но не успел спрятать телефон, как он разразился новой трелью.

— А тебе, моя дорогая, чего не спится? — скептически обращаясь к экрану, Кирилл обнял Леру одной рукой и ответил сухо: — Да.

Лера едва слышала, о чём говорит ему жена, да и не пыталась вслушиваться. Но уловила ритм, с которым Настя произносила слова. Речь её лилась спокойно, уверенно и неторопливо. С достоинством королевы, снизошедшей до поздравлений своим подданным. Обязательных по этикету поздравлений и вынужденного сочувствия.

— Да, и тебя тоже с наступившим. Спасибо, что позвонила. Нет, к сожалению, не обошлось. Дед умер. Я сообщу тебе о дате похорон, — Кирилл закатил к потолку глаза, тяжело выдохнул и вдруг дёрнул Леру за руку: — Лер, твоя перчатка!

Лера кинулась забирать у Кузи потрёпанный предмет своего гардероба и прослушала, чем продолжился их разговор с женой. Только довольная улыбка на губах Кирилла говорила о том, что он пошатнул её ледяное спокойствие.

— Нет, Насть, не надо, спасибо, я справлюсь. Я верю, что твои соболезнования искренние. Как и забота обо мне. Конечно. И нет, мне не нужна твоя помощь, — это Кирилл произнёс, уже ставя Лерину сумку на полку над вешалкой, повыше от любопытного пса. — Степану привет. Не с тобой? Ну, как скажешь. Я уже могу выпить чашечку кофе?

Он подмигнул Лере, включая свет в ванной, когда она показала, что хочет помыть руки, и улыбка его засияла ещё шире, и ещё злораднее.