Онлайн книга «Развод в 46. Любовь тут больше не живет»
|
Это был огромный прорыв. Я впервые был сам полностью доволен своими творениями. В центре была картина, с которой все началось. Моя Муза. Ее я продавать не собирался. Она для меня бесценна. И тут я увидел Регину воочию. Она ходила между картин с широко распахнутыми глазами. В них плескалось восхищение. Это ли наивысшая похвала, когда сама Муза оценила мои старания? Мы заговорили. Непринужденная, вежливая беседа. Я держал себя в руках. И только небеса свидетели, чего мне это стоило. Как много хотелось сказать. Но я позволял себе лишь украдкой любоваться. Запоминал мельчайшие детали. Понимая, что наша встреча мимолетна. Любовался ее безупречной красотой, что вдохновляла меня творить. Как художник я видел то, что скрыто от посторонних глаз. То, что скрывалось глубоко внутри нее, то, что делало ее особенной. Но то, что я могу изобразить в своих полотнах. Сколько идей родилось в голове, всего лишь за пять минут общения. А потом подошел ее муж. Не очень вежливо забрал Регину. Он мне не нравился. От него веяло холодом и чем-то очень неприятным. Но кто я такой, чтобы осуждать ее выбор? Она ведь с ним счастлива. Регина на той выставке захотела купить мою картину. Ту самую. Мое сокровище. То полотно, в котором я переплел нас, с которого началось мое возрождение как художника. Никому бы не отдал. Но она ее почувствовала. Я считал по взгляду. Я не мог отказать. И даже ликовал, отрывая от сердца полотно, зная, что теперь оно будет всегда рядом с ней. Как и частичка меня. И все… дальше я ушел в работу и воспитание сына. Но моя Муза всегда жила у меня в сердце. И вот сейчас она сидит в кафе с моим сыном… Лев выбрал ее. Он почувствовал ту же связь, необъяснимую, невероятно крепкую. Только снова мимо. Сынок, увы, ты выбрал в маму самую достойную женщину. Только она не наша. Она занята. Глава 68 Регина «Картина для особенной женщины», слова, приправленные взглядом, который в душу смотрит. Никогда и никто на меня так не смотрел. Этот взгляд, он не оценивает внешность, не смотрит поверхностно, он проникает на подкорку сознания и там считывает информацию. Странные ощущения. Тогда при встрече, я их не почувствовала, была под впечатлением от работ, еще и Слава постоянно дергал, что мы быстрее ушли. Ему было скучно и неинтересно. Картинами Филиппа я интересуюсь очень давно. Мне нравится их рассматривать, они очень глубокие, и, кажется, ты уже все видела, но нет, каждый раз находишь новые детали. Там словно скрытые послания, которые познать дано не каждому и далеко не сразу. Естественно, я в сети интересовалась личностью самого художника. Но, как ни странно, никакой информации нет. Лишь то, где учился, когда была первая выставка, порой попадались истории картин. Как были написаны, что побудило. Смотрела я несколько его интервью, он всегда говорил чисто о работе. И с таким вдохновением, что невольно сама заряжалась, хотелось творить, фотографировать. Конечно, через экран невозможно уловить всего магнетизма этого человека. Он очень загадочный. Даже цвет глаз сразу не уловить, то, они прозрачно-серые, то темнеют и в них появляется лазурный отблеск, а когда на меня смотрит, там словно звезды загораются. В темных волосах прячутся серебряные пряди, гладко выбрит, высокие скулы, волевые губы. |