Книга Развод в 46. Любовь тут больше не живет, страница 77 – Александра Багирова

папочку, то нам не о чем говорить.

— Я… нет… я просто… — дочь опустив голову бредет к стулу. Падает на него. Запускает пальцы

в волосы. — Как же так… Мы же верили… мы думали… а там Илья еще…

— Ты нас оставила. Ты ничего не объяснила. Мы остались одни, — надувает губы Костя.

— А теперь откинь свой эгоизм хоть на миг и подумай, как было мне? Я ли вас оставила? Не

твое ли было желание остаться дома и ничего не менять? — строго смотрю на сына, он втягивает

голову в плечи.

— Мы не хотели развода…

— Я тоже. Но случилось то, что случилось. А вместо поддержки, что я получила?

— Мам, а те фото… Илья… он тоже с Кристиной? Она же с Захаром наши друзья. Адель… она что

дочь папы? — Аня говорит, и словно не верит своим же словам.

— Да.

— А как же мы? — хором с Костей.

Снова они. А как мне их мало волнует.

Дверь в помещение открывается. На проге стоит Андрей Степанович. Завидев деда, они

вздрагивают.

— Регина, ты больше не будешь это все проходить одна, — обращается ко мне. — Ане с Костей

давно пора взрослеть и нести ответственность за свои поступки.

— Мы ничего не знали! — снова хором.

— Вы младенцы? У вас в голове каша? Мозги вам для чего даны? А зачем, ведь с папенькой

удобнее. Я уж не говорю, что ты натворила, Анна, — свекор смотрит на внучку так, что она

будто в размерах уменьшается от его взгляда. — Регина, ты в курсе, от кого она беременна?

— Нет.

Этого мне пока выяснить не удалось. Слишком мало времени было на все.

— От Степана, мужа Тамары.

С трудом перевариваю информацию. От мужика, который старше Славы. От своего начальника.

Хочется спросить, чем она думала, но вопрос неуместный, потому, как если бы думала, такого

бы не сотворила.

— Это все Илья! — выкрикивает. — Он сказал, что ты дедушка из-за папы, которого не любишь,

оставишь нас с носом. И нам надо самим себе пробивать дорогу. Он говорил закрепиться на

фирме Степана, проявить себя, наладить контакт. Илья хотел, чтобы он профинансировал его

новый бизнес. И мы бы тогда были независимы. Мы должны сами думать о себе… Он хотел

подстраховаться.

— А ты решила раздвинуть ноги? — все же вырывается у меня.

Смотрю на дочь, как она сейчас похожа на отца, только его молодая и женская версия.

Жутко от этого.

— Мам, я решила, что ребенок приблизит наши планы. Хотела показать Илье, что я и сама

что-то могу. Если бы Степан в меня влюбился и у нас был бы ребенок, он бы на все условия

согласился.

Тот случай гогда слов нет… Только мотаю головой.

— Ань, ты че со стариком? — Костя морщится. — Фу… Даже за бабки, это же перебор. Ребенок от

него же навсегда с тобой останется!

Дочь начинает жаловаться, что Степан, наоборот, взбеленился, а его жена ее едва не прибила.

Ей страшно. Заливается слезами.

А мне страшно, от того, что она до сих пор не поняла, как себе жить сломала. Своими же

руками.

— Помогите мне… мне так плохо, — тянет ко мне руки, но я с места не двигаюсь.

— Раз ты так все отлично рассчитала, значит, сама и дальше справишься, — холодно изрекает

Андрей Степанович. — Пора взрослеть, Анна.

— Я сделаю аборт! — выкрикивает в отчаянии. — И все будет как прежде! Мне не нужен этот

ребенок! Я хочу от любимого человека! А этот… — замолкает, с опаской поглядывая на деда.

— Если малыш зачат, значит он родится. Я против абортов. Степан также.