Книга Поместье Блэкторн, страница 68 – Джей Ти Джессинжер

Я целую его в ответ с совершенным самозабвением, обхватив руками за талию. Он трется стояком о мой лобок. Мы утопаем друг в друге, пока кто-то не пытается открыть дверь, и тогда мы резко прерываемся, тяжело дыша.

Стук в дверь разносится по комнате, а потом робкий мужской голос спрашивает:

— Ау? Здесь кто-нибудь есть?

Ронан поворачивает голову и гремит в ответ:

— Иди на хрен!

Удовлетворившись последовавшим испуганным молчанием, он снова поворачивается ко мне:

— Чем мы там занимались?

— Притворялись, что нравимся друг другу. А теперь мне пора.

Он опускает голову и клюет меня в уголочек губ, выгибая бедра мне навстречу.

— Нет, не пора.

— Нет, пора, а то в конце концов мы оскверним этот стол.

— Именно об этом я и думал. У тебя под этим платьем есть трусики?

Его рука скользит по моему бедру, собирая в складки юбку. Когда его пальцы нащупывают узкую полоску хлопка у меня на боку, он разочарованно цокает.

— Я не хожу за покупками без нижнего белья.

— Очень жаль, – хриплым шепотом говорит он, зарываясь носом мне в шею. – Не то чтобы это имело значение.

Его пальцы проскальзывают под ткань и начинают ласкать меня.

Мне нужно его остановить. Я знаю, что нужно. Это глупо, и безрассудно, и во все горло кричит об опасности, но мой мозг отрекся от трона, и теперь рулят гормоны, а эти гады пленных не берут.

Когда он запускает пальцы глубоко внутрь, я впиваюсь ногтями ему в спину, раздвигаю ноги шире и постанываю.

Он прикусывает меня за шею и двигает во мне пальцами. Я опускают руку между нами и хватаю его стояк под брюками.

Как только я касаюсь его, как будто переключается тумблер. Наши поцелуи становятся лихорадочными и жадными. Наши вытянутые в струну тела приникают друг к другу. Наши сердца в груди бьются в унисон. Я не могу насытиться им, как и он – мной, и будь проклята логика!

Мы это сделаем.

Я судорожно вожусь с его ремнем и молнией, пока он пожирает мой рот и имеет меня пальцами. Как только его член выскакивает из брюк, я крепко обхватываю рукой его мощный ствол и заглядываю ему в глаза.

— Один последний раз, – говорю я, задыхаясь. – В память о прежних временах.

Он мягко и дразняще смеется.

— Конечно, детка. Как скажешь.

Он вынимает из меня пальцы, берет обеими руками за задницу и, когда я отодвигаю трусики в сторону, входит в меня одним сильным яростным рывком.

Его утробный рык удовольствия поднимается из самой глубины груди. Он страстно меня целует, и его язык властно движется у меня во рту, пока мощные, глубокие рывки его бедер входят в ритм.

Он трахает меня на столе, пока я цепляюсь за его плечи и делаю вид, что это ничего не значит.

Все происходит быстро, исступленно. Я кончаю первой, выгибаюсь, и ахаю в его руках, и твержу его имя прерывистым шепотом. Движение его бедер внезапно прекращается, потом он рычит мне в рот и спускает прямо внутрь.

Мы очень долго молчим. Единственный звук в комнате – это гудение флуоресцентной лампы над нашими головами и наше затрудненное дыхание. Он обнимает меня, прижимает к своему телу и крепко держит, зарывшись лицом в мои волосы.

Я не знаю, чувствует ли он то же, что я. Как будто гравитация вышла из строя и мы парим одни где-то в космосе.

А потом – поскольку это же Ронан Крофт – он разрушает эти прекрасные чары, сказав нечто ужасное: