Книга Узник тумана, страница 77 – Мария Лунёва

— Вам же не нравится здесь? – не удержавшись, я вновь полезла к нему с расспросами. – А на улице улов разбирают. Послушницы гуляют. Шли бы и вы туда. Чего себя мучить?

— Сонья, наивная ты душа! Проста как медная монетка, – он глянул на меня как на полоумную. – Девочка, да я и кухня – неразлучны. Чтобы я добровольно покинул это благодатное место… Нет. Главное, виду не подавать, что я доволен, а то быстро сменят Фальком. А он такая зануда – уснёте рядом с ним. Клыкатка ваша оживёт и неминуемо сдохнет со скуки.

Светла покачала головой и убрала со сковороды первую партию рыбы. Обваляв сырые кусочки в толчёных сухих водорослях, уложила их на раскалённую поверхность. Вновь послышалось весёлое скворчание.

Дождавшись, пока послушница отойдёт от печи, вард Хаук потянулся и взял со стола миску с готовой рыбой. И не обращая внимания на наши возмущённые взгляды, принялся уплетать за обе щеки жареные ломтики.

«Этого северянина проще убить, чем прокормить» – прочитав, что написала на дощечке Светла, я кашлянула в кулак и взяла свой уголёк.

«Надо его выпроводить, а то обед до столов не дойдёт».

— Да ладно вам, женщины! – Хаук сел и поставил пустую миску рядом. – Вы хоть представляете себе жизнь воинов? Вечные сражения. Походы. Дожди эти… Горелое мясо часто без соли. Сжальтесь надо мной! Я, можно сказать, только ради этой кухни сюда и рвался.

Взглянув на его невинное лицо мученика, я призадумалась.

«А зачем вы здесь? С какой целью в храм пришли?» – Светла опередила меня с вопросом.

— Матушка, может, я тебе печать сниму? – вард довольно растёр живот. Ещё бы – всё умять. Даже остыть рыбе не дал. – Соглашайся, кормилица моя ненаглядная, я в этом мастер. Поболит два – три дня и всё в норму придёт.

Я покосилась на нашу кухарку. В отличие от меня, она, скорее всего, молчит с детства. Я мало что знала о её прошлом, но догадывалась, что она неспособна произносить звуки.

Но Светла меня удивила. Обтерев мокрые руки о ткань, она согласно кивнула и просияла в улыбке.

Поднявшись, Хаук подошёл к ней вплотную. И сжав голову женщины в ладонях, впился взглядом в её глаза. Его лицо медленно расплывалось, подёргиваясь дымкой. Зрачки вспыхнули ярким жёлтым неестественным пламенем. Я никогда не видела ничего подобного.

Замерев истуканом, не представляла, как мне реагировать на происходящее.

Светла качнулась и осела на стул. Её полная грудь тяжело вздымалась.

— Ну, кормилица, имя своё сказать можешь?

— Свет-ла, – её голос больше походил на лепет.

— Так-то лучше, – вард снова покосился на сковороду. – Благодарить не нужно, хотя я бы не отказался от хорошего салата и ещё рыбного супа, чтобы с жирком. И пирог… Вы просто обязаны уметь делать пирог.

Светла широко улыбнулась и, неуклюже поднявшись, заключила молодого воина в объятья.

— Ну-ну, женщина, – такого он не ожидал. Но надо отдать ему должное – вард легко поддержал послушницу. – Ты, матушка, мне всю репутацию разрушишь. Я же самый грозный вард среди братьев, ну после Лассе.

Взглянув на его растерянное умильное лицо, рассмеялась. Не тянул он на грозного.

Внезапный вой из подземелья заставил меня вздрогнуть. Светла разжала руки и уставилась на дверь, медленно отступая к столу.

— Достали! – прорычал Хаук. – Такой момент испортили! Говорил – сразу перерезать их нужно было.