Книга Космический приют для хищных растений, страница 104 – Мария Лунёва

— Я догадывался, что ты будешь не в восторге. Но, Дали, теперь в этом доме нас двое.

И если ты хочешь, чтобы я считался с твоим мнением, то уважай и моё. Есть строго по расписанию. Спать, пока доктор не скажет — здорова.

— Но. — снова попыталась возразить я, но куда там.

Муж нахмурился, да так грозно, что на лбу складка обозначилась.

— Сначала поешь, — ровно произнёс он. В его голосе появились странные

нотки, заставившие меня расправить плечи и подобраться прямо как когда-то в приюте на линейках. — Потом, Даллия, тебе нужно будет поспать, а вот после путём переговоров мы найдём общий знаменатель. Где-то я пойду на уступки, где-то ты. Да, я не хочу видеть в своей постели никого, кроме тебя, но при этом предлагаю оборудовать зелёной и пухляшке собственную комнату со всеми цветочными радостями.

Я покосилась на Лапушку. Хм, было в его рассуждениях зерно истины. Чего уж... Хоть и не нравилось мне, что кто-то в этом доме может командовать. Помимо меня, конечно.

— Думаю, и её мнение должно учитываться, — нехотя отступила я.

Оказывается, не так-то просто сдавать диктаторские позиции.

— Ну вот, компромисс принят, — Калеб взял мою ладонь в свою и, поднеся к губам, поцеловал запястье. — Я честно признаюсь, Дали, в прошлом браке и дня дома проторчать не мог. Эта бытовуха просто сжирала. Ещё ненавижу споры, скандалы, выяснения отношений.

— А чувства? Были же у тебя чувства?

Он поморщился и покачал головой. Ясно, даже так бывает.

— У меня куча недостатков, малыш. Но впервые за всю жизнь я захотел семью. Настоящую и только с тобой. Теперь чувства у меня точно есть, — Калеб примирительно улыбнулся. — Ради тебя я буду стараться даже собирать носки по дому.

— Хм... — я приподняла бровь и покосилась в дальний угол комнаты, где сиротливо лежала пара моих носочков. Проследив взглядом за мной, Калеб рассмеялся.

— Ты же девочка... — поддел он меня.

— Я всю жизнь прожила одна, — я высокомерно задрала подбородок, — чего ради теперь должна следить за передвижением носков по квартире. Хотя... У меня есть Туки, и он жрёт всё, что криво-косо лежит. Так что найти пропажу труда не составляет. Просто перед стиркой приходится чистить пылесос.

— А да, робот, — насупился муж. — Эта пакость сожрала оттамирит... Надеюсь, он там детонирует и разнесёт его к чертям...

— Что? — я слегка опешила от услышанного.

— Твоя Люси слишком поздно предупредила, — Калеб развёл руками. — Он сожрал взрывчатку.

— Лапушка чистит его, а вдруг.

— Я ей сказал не трогать. Во дворе потом извлеку из пылесборника.

— У-у-у, — у меня слов не было.

— Я правда не знал, что он всёжрущий, — муж выглядел раздосадованным. — У него, видимо, глючит датчики распознавания объектов. Я хотел разобрать его и проверить, но не стал без тебя тянуть к нему руки.

— Нет, не трогай. Туки — это как стихийное бедствие моей семьи. Вот пусть он им и остаётся.

— Почему-то я так и подумал.

Склонившись, муж поцеловал меня в висок.

— Калеб...

— Тс-с, — и снова его палец у моих губ. — Я принесу сейчас тарелку, и ты поешь. А после приложим на глаза примочки и спать. У нас вся жизнь впереди, наговоримся ещё, сердечко моё.

С этими словами он спешно сбежал на кухню.

— Даётся мне, пока я с чистой совестью болела, кое-кто переворачивал наш привычный быт, — я покосилась на свою мухоловку.