Книга Тайна антикварной лавки, страница 42 – Ирис Харди

— Ты просто взял и усыпил ее?! — искренне возмутился рыжеволосый юноша, отступая на шаг и глядя на брата с укоризной. — Зачем?! Ты мог бы хоть попытаться поговорить с ней!

— Так будет намного проще и быстрее для нас обоих, — сухо оборвал его старший колдун, поднимаясь на ноги. — Нам не нужны лишние крики и истерики.

Не теряя времени, Дракон взмахнул широким рукавом и быстро начертил в воздухе несколько сложнейших заклинательных линий. Воздух в центре лаборатории мгновенно сгустился, затрещал от статического электричества, и прямо перед братьями возникла сложнейшая каскадная структура из вращающихся геометрических формул. Они ярко подсвечивались фосфорическим голубоватым светом, а древние рунические надписи на них то и дело скользили по кругу, оставляя светящиеся шлейфы.

Тень, преодолев внутреннее колебание, осторожно нагнулся, бережно поднял бессознательное тело Милы на руки и медленно поднес её к центру магии.

Как только он приблизился, девушку аккуратно подхватила плотная невидимая сила. Тень отступил, а Мила осталась плавно парить в полуметре над землёй, медленно вращаясь в окружении переливающихся световых колец и искрящихся линий.

— Быстро найди в том фолианте рецепт зелья Памяти, — непреклонным тоном проговорил Дракон, поправляя капюшон и направляясь к выходу из башни. — У тебя есть ровно два часа, пока действует моё усыпляющее заклинание. Смешай эликсир и дай ей выпить до капли. А я пока ненадолго отлучусь из замка. У меня есть неотложные и очень важные дела на городской пристани.

— Хорошо, я всё сделаю, — кивнул Тень и, больше не теряя ни секунды, поспешно принялся перелистывать тяжелые страницы древней книги в поисках нужного ритуала.

Предрассветные сумерки над портовым районом нависали тяжелым, бледным саваном. Густой, пропитанный солью, гарью и гниющей рыбой туман сползал с мутных волн залива, обволакивая скользкие деревянные мостки и прогнившие сваи причалов. Здесь, на самой окраине города, жизнь никогда не замирала до конца, но имела свой особенный, крысиный ритм: скрытный, вороватый, наполненный плеском воды о борта, скрипом канатов и глухой руганью ночных работников и моряков.

Дракон шел по набережной бесшумно, точно бестелесный дух. Черный плащ скрадывал движения, а глубокий капюшон, надвинутый до самого подбородка, полностью скрывал бледное хищное лицо и ярко-медные волосы. Он пришел сюда за два часа до назначенного срока. Давний опыт войн и предательств въелся в кости железным правилом: на встречи с портовой мразью и наемниками никогда не приходят вовремя. Сюда приходят заранее, чтобы самому стать тенью, слиться со стенами и до винтика изучить каждую засаду, каждый темный угол и каждый возможный путь отхода.

Медленно пройдя вдоль вереницы покосившихся пакгаузов, маг чутко вслушивался в шорохи. Убедившись, что на крышах не засели арбалетчики, а за штабелями бочек нет затаившихся головорезов, он свернул к низкому, приземистому зданию с вывеской, на которой ветром мотало затертую доску с изображением треснувшего якоря.

Портовая корчма «Слепой Омар» встретила его спертым стойким духом дешевого пойла и жареной рыбы. Помещение погружалось в утренний сумрак, разбавленный лишь сизым дымом чадящих жировых ламп. Редкие посетители — пьяные моряки, отсыпавшиеся на столах, и угрюмые контрабандисты — даже не подняли голов. В этом гадюшнике было принято не смотреть на тех, кто прячет лицо под капюшоном, если хочешь дожить до обеда.