Книга Тайна антикварной лавки, страница 66 – Ирис Харди

— Отдыхай, — произнес он, нежно проведя тыльной стороной ладони по ее бледной щеке. — Я вернусь немного позже и окончательно уберу оставшиеся рубцы. Мне нужно ненадолго уйти по делам замка, но здесь ты в полной безопасности. Я наложил на дверь древнее заклинание: никто, кроме тебя, не сможет ее открыть. Даже я. Чтобы дверь отворилась, просто приложи ладонь к изображению глаза в ее центре. И главное: никому не открывай, кроме меня. Мой голос ты знаешь.

Массивная дверь бесшумно закрылась за его спиной. Элис медленно огляделась. Толстые каменные стены и глухой звук засова внушали долгожданное чувство защищенности.

— Как же я хочу в эту теплую воду! А потом — спать до самого утра, — с тихой, изможденной улыбкой пробормотала она себе под нос и шагнула к купели.

Смыв с себя въевшуюся грязь, усталость и страх последних дней в приятной, благоухающей воде, Элис опустилась на мягкие шкуры и моментально провалилась в глубокий, безмятежный сон.

Сколько прошло времени — час или вечность — определить было невозможно. Внезапный, отчетливый стук в дверь заставил ее вздрогнуть и вырваться из плена сновидений.

Даже не сомневаясь, что это вернулся Аскольд, Элис вскочила с постели, подбежала к выходу и приложила ладонь к резному изображению глаза в центре двери, забыв наставления Аскольда. Охранные чары с тихим шипением растаяли, и тяжелая дверь мягко распахнулась.

На пороге, едва заметно улыбаясь, стоял Герцог.

* * *

В то время, когда Дракон и Элис въезжали в замок, в покои Герцога вошел высокий крепкий мужчина в лиловой мантии. Грубое, словно вырубленное из камня лицо с густыми бровями и прищуренными темными глазами, вызывало тревожное ощущение. Это был ни кто иной, как верховный эмиссар Темного Ордена.

— Дракон уничтожил моих лучших людей из «Серых Гончих» и забрал девчонку, — без предисловий, сообщил он.

Герцог сидел в высоком кресле, положив подбородок на скрещенные пальцы, задумчиво глядя в окно. Он нехотя повернул голову в сторону эмиссара, пару секунд смотрел на него, а затем сказал:

— А чего ты ожидал, Лютер? Дракон в точности следует моему плану. Он спас девку от бандитов, выставив себя ее спасителем, и только что доставил ее в замок.

— Но это были не бандиты, а «Серые Гончие»! Лучшие наемники ордена!

— Не думаю, что он разбирался, кто перед ним, — герцог устало посмотрел на Лютера. — А ты, никак, его боишься?

Эмиссар в замешательстве ответ взгляд.

— Я бы не доверял ему, — пробормотал он.

— А я и не доверяю, — ухмыльнулся герцог. — Ни ему, ни тебе.

— Но, — эмиссар запнулся.

Герцог откинулся на спинку кресла.

— Хочешь сказать, что всецело предан мне? Неееет, — герцог смотрел на эмиссара с насмешкой. — Только страх заставляет тебя быть таким верным. Ты уничтожил дом Дракона и сжег его невесту. И ты до дрожи боишься, что он узнает, чьих рук это дело.

— Но свидетелей не осталось! — возразил Лютер. — Он не может узнать.

— Я могу ему это сказать, — хрипло рассмеялся Герцог. — Но не стану. Меня устраивает твоя верность, вызванная страхом.

Герцог с трудом поднялся из кресла и подошел к окну.

— А кстати, — он резко обернулся к эмиссару. — Ты не прав, что свидетелей не осталось.

Лютер побледнел.

— Его малолетняя сестра? Но она погибла!

— Она жива. И она у меня в замке, но ничего не помнит. Молись, чтоб и не вспомнила, иначе Дракон устроит тебе показательную смерть. А я еще не готов лишиться твоих услуг. — Герцог махнул рукой в сторону выхода, приказывая Лютеру убираться из покоев.