Книга Тайна антикварной лавки, страница 68 – Ирис Харди

— Не очень-то вы похожи на пленника, — с сомнением сказала она.

Герцог сухо рассмеялся.

— Как и ты, дитя. Как и ты. Это говорит лишь об изощренном разуме Дракона.

Он на мгновенье задумался.

— Оставлю тебя. Подумай над моими словами. Если захочешь вырваться из лап Дракона и вернуться домой — я с радостью составлю тебе компанию. Уверен, мы еще встретимся. — Он развернулся и вышел за дверь.

Элис, потрясенная услышанным, неподвижно стояла у купели. Затем она подошла к окну и выглянула наружу. Ничего кроме соседних замковых башен видно не было.

— Итак, что мы имеем, — девушка задумалась. — Да, ничего хорошего! Вокруг враги и явно отсюда надо бежать! — Она взяла бубен, лежавший на постели под овечьей шкурой, открыла дверь и тихонько выскользнула на лестницу.

Ночной порт Нижнего города погрузился в туманную, оцепенелую тишину. У полусгнивших причалов редкие чадящие факелы еле разгоняли плотную тьму, а под тяжелыми, осклизлыми бревнами настила с глухим, чавкающим плеском билась черная, маслянистая вода. В воздухе витала неистребимая портовая вонь: запах гниющей рыбы и смолы.

На неприметной отдаленной пристани, стоял «Альбатрос» — приземистый, широконосый одномачтовый когг с потемневшими от времени бортами. Это было единственное судно во всем порту, чей хозяин, опытный и тертый шкипер Марк, согласился за тяжелый, приятный сердцу кошель золотых монет не задавать никаких лишних вопросов. Ни о странных ночных пассажирах, скрывающих лица, ни о поспешной погрузке в обход замковой таможни и стражников Герцога, ни о самом курсе к далеким южным архипелагам. Лишь он один не боялся отвозить опасных пассажиров туда, куда не могли дотянуться длинные и смертоносные руки местной власти.

В этот час Марк сидел у себя в тесной каюте, пропахшей дешевым табаком и ромом. На деревянном столе, с искромсанной ножами столешницей, лежали золотые монеты задатка. Шкипер медленно, с наслаждением пересчитывал их уже в который раз, пробовал на зуб и ухмылялся в бороду. Каждая монета приятно скользила в пальцах, обещая спокойную старость.

Внезапно огонек свечи, стоящей на столе в треснутой глиняной кружке, затрепетал, окрасился в болезненно-зеленоватый цвет и погас. По узкому пространству каюты прошел ледяной сквозняк, от которого у Марка мгновенно перехватило дыхание.

Шкипер, выросший в портовых драках, мгновенно ощутил опасность, потянулся к ножу, висевшему на боку, но выхватить его из ножен не успел.

Из темноты за его спиной бесшумно, будто созданный из мрака, возник эмиссар Лютер. Высокая, плотная фигура в тяжелом черном плаще, казалась гигантским изваянием по сравнению со скромной каютой Марка. Лицо Лютера было неподвижным, а глубоко посаженные глаза светились мертвенным светом.

Марк от неожиданности замер, но затем упрямство старого, видавшего виды моряка, на время пересилило страх.

— Ты кто такой? Как прошел на борт? — сипло выдавил из себя шкипер, медленно поднося руку к поясу, на котором висел его верный товарищ во всех неприятностях — острый нож с костяной ручкой. — Выметайся, пока я не пустил твои кишки на корм рыбам. Я никого не ждал.

Лютер даже не шелохнулся, только слегка хмыкнул, разглядывая моряка с нескрываемым пренебрежением.

— Ты берешь плату у предателей, шкипер, — прогремел его голос в голове Марка. — Ты продаешь свой вшивый корабль тем, чья кровь давно обещана плахе.